Тема: Философия А.С. Хомякова

  • Вид работы:
    Реферат
  • Предмет:
    Философия
  • Язык:
    Русский
  • Формат файла:
    MS Word
  • Размер файла:
    23,29 Кб
Философия А.С. Хомякова
Философия А.С. Хомякова
Вы можете узнать стоимость помощи в написании студенческой работы.
Помощь в написании работы, которую точно примут!

ФЕДЕРАЛЬНОЕ ГОСУДАРСТВЕННОЕ КАЗЕННОЕ ОБРАЗОВАТЕЛЬНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ ВЫСШЕГО ПРОФЕССИОНАЛЬНОГО ОБРАЗОВАНИЯ

«ВОСТОЧНО-СИБИРСКИЙ ИНСТИТУТ МИНИСТЕРСТВА

ВНУТРЕННИХ ДЕЛ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ»

Кафедра философии и психологии и социально-гуманитарных дисциплин







РЕФЕРАТ

По дисциплине: «Философия»

По теме: «Философия истории А.С. Хомякова»










Иркутск

Содержание

Введение

. Основные этапы жизни а. С. Хомякова и формирование его философского мировоззрения

. Философско-религиозное учение А.С. Хомякова

Заключение

Список использованной литературы

Введение

Движение славянофильства начало зарождаться в России во второй четверти XIX века как ответ на европеизацию государства, которую начал ещё Петр I. Славянофилы выступали за сохранение обычных русских устоев, опираясь притом на самодержавие и Русскую Православную Церковь. Западные же традиции они полагали безжалостными и губительными для государства, видя в них корень всевозможных зол.

Наиболее принципиальное направление славянофильства представлено основным образом четырьмя именами: Аксакова К.С., Киреевского И.В., Самарина Ю.Ф. и Хомякова А.С., этак именуемым старшим поколением славянофилов. Если официальное проправительственное славянофильство увлекалось единственно только политическими следствиями данной системы идей и если Погодин и даже Шевырев, в конечном итоге, были только лишь славянофильствующими историками, то перечисленным выше четырем мыслителям, в частности Киреевскому и Хомякову, было предназначено судьбой создать идейное содержание славянофильства, теоретически доказать его и распространить на ключевые сферы человеческой мысли и жизни, в особенности на область философии истории и религии.

Исследование главных положений религиозной философии Хомякова Алексея Степановича даст нам возможность сделать вывод о характере этой эпохи и человеческого мировоззрения, а ещё убедительно увидеть ценности философской идеи в России в середине XIX века.

Целью работы является анализ философии истории А.С. Хомякова.

Для достижения поставленной цели необходимо решить следующие задачи:

рассмотреть основные этапы жизни Хомякова А.С. и формирование его философского мировоззрения;

изучить философско-религиозное учение Хомякова А.С.

1. Основные этапы жизни А.С. Хомякова и формирование его философского мировоззрения

хомяков философия славянофильство духовный

Хомяков А.С., более выдающаяся личность из всех славянофилов, стал конкретным наместником Киреевского в области философии. Он родился в Москве, в старинной дворянской семье, которая никогда не смешивалась с иностранцами, 1 мая 1804 года и погиб от болезни 23 сентября 1860 г. Аналогично Киреевскому, Хомяков относился к классу дворян-землевладельцев. Ребяческие годы его прошли под воздействием матери, урожденной Киреевской, серьёзной, инициативной и благочестивой женщины, строго придерживающейся обычаев и вообще прошлого. Хомяков заявлял, что конкретно своей матери он обязан упрямой верностью православной церкви и верой в русский национальный дух. Мать Хомякова была сильной женщиной с жжелезным характером. Когда её супруг проиграл более миллиона рублей в карты в московском английском клубе, она взяла в свои руки управление имениями и вернула все фамильные богатства. В ознаменование избавления России от Наполеона в 1812 г. она на личные накопления построила церковь. Это было проявлением ее патриотизма. А от своего отца, обычного русского барина, Хомяков унаследовал глубочайший энтузиазм и любовь к знаниям и образованию.

Ещё мальчишкой Хомяков был углубленно религиозен. В семилетнем возрасте его привезли в Петербург. Он считал этот город языческим и решил быть в нём мучеником за православную веру. Практически в это же время Хомяков брал уроки латыни у французского аббата Буавэна. Заметив опечатку в папской булле, он задал вопрос своему учителю: «Как вы можете веровать в непогрешимость папы?» Хомяков был горячим приверженцем освобождения славян и не прекращал грезить о их восстании против турок. В семнадцатилетнем возрасте он сбежал из родительского дома, чтобы принять участие в борьбе греков за независимость, но его задержали в окрестностях Москвы.

Получил образование Хомяков в Московском Университете, закончив его физико-математическое отделение в 1822 г. С 1822 по 1825 г. Хомяков находился на службе в кавалерийском полку. Вот что писал после смерти Хомякова его командир: «…образование его было удивительно отличное. Какую возвышенную направленность имела его поэзия. Он не увлекался курсом века к поэзии чувственной. У него все высоконравственно, религиозно, торжественно. Ездил верхом непревзойдённо, сообразно всем правилам берейторской школы. Прыгал через препятствия в высоту с человека. На эспадронах дрался отлично. Владел силой воли не как юноша, но как муж, искушенный опытом. Строго выполнял все посты по уставу Православной Церкви, а в праздничные и воскресные дни посещал все Богослужения. В то время было ещё существенное количество вольнодумцев, деистов и почти все насмехались над исполнением уставов Церкви, утверждая, что они установлены для черни. Однако Хомяков внушил к себе такое почтение и уважение, что никто не позволил себе затронуть его верования. Вообщем, он был намного выше мелкого чувства ложного стыда, и жалкие насмешки не волновали его. Хомяков не позволял себе за пределами службы использовать одежду из тонкого сукна, даже дома, и отвергнул разрешение носить жестяные кирасы заместо стальных, полупудового веса, невзирая на малый рост и с виду слабенькое телосложение. Сравнительно терпения и перенесения физической боли владел он в высшей степени спартанскими качествами».

В 1825 г. Хомяков вышел в отставку и уехал за рубеж, в Париж. Там он занимался изучением живописи и писал трагедию «Ермак» (Ермак - казачий атаман, завоевавший Сибирь в 1582 г.). Хомяков посетил Италию, Швейцарию и в земли западных славян на территории Австрии. В 1828 г. он поступил на службу в кавалерийский полк и принял участие в русско-турецкой войне. Во время войны Хомяков своими глазами увидел жизнь болгарского народа. По словам офицеров-сослуживцев, Хомяков был отмечен за свою «холодную и благородную храбрость». Достоин внимания тот факт, что в бою он только поднимал свою саблю, но никогда не разил бегущих противников.

Когда война окончилась, Хомяков снова вышел в отставку, женился на сестре известного поэта и славянофила Н. М. Языкова и занялся сельским хозяйством в собственных имениях. Он вел стереотипную жизнь обеспеченного, интеллигентного и пытливого помещика. Каждый год - как тогда было принято - он проводил некоторое число месяцев в Москве, где жил напряжённой интеллектуальной, публичной и культурной жизнью; в остальное время года принимал участие в работе административных учреждений своей провинции и в жизни своего сословия. В собственном имении все свободное время он посвящал сбору информации в самых различных областях, интересовался самыми разными проблемами, начиная с богословских и заканчивая чисто техническими.

В 1847 г. совместно с семьей Хомяков совершил поездку в Германию и Богемию. В Берлине он сталкивался с Шеллингом и Неандером, стремясь собственно узнать их интерпретацию христианства. По словам Хомякова, эти встречи ему лично ничего не дали. В Праге он получил огромноеудовлетворение от встречи с чешским ученым Ганкой и Шафариком.

Литературное наследие Хомякова состоит основным образом из поэм, трагедий, политических и религиозно-философских статей. Последние двадцать лет своей жизни он предназначил работе над большой книгой по истории философии - «Мысли по вопросам всеобщей истории».

Главные философские и богословские статьи Хомякова: «Опыт катехизического изложения учения о Церкви» (40-е годы, опубликовано после смерти автора, в 1864 г.); три памфлета - «Несколько слов православного Христианина о западных вероисповеданиях» (по поводу брошюры г-на Ло-ранси) 1853, «Несколько слов православного Христианина о западных ве-роисповеданиях по поводу одного послания Парижского архиепископа» (1855), «Еще несколько слов православного Христианина о западных веро-исповеданиях по поводу разных сочинений Латинских и Протестантских о предметах веры» (1858) - были опубликованы соответственно в 1853 г. в Париже и в 1855 и 1858 гг. в Лейпциге. Памфлеты вышли в свет под псевдонимом «Игнотус». Публикация вышеуказанных работ в России была разрешена только в 1879 г., хотя сам император Николай I прочёл и одобрил первый памфлет.

Хомяков был человеком разносторонних талантов. Русский историк М. Погодин, сопоставляя его с Пико Мирандола (Pico Mirandola), утверждал, что Хомяков мог удерживать диспуты de omni re cibili. Он изучал богословие, философию, историю и лингвистику и составил словарь похожих русских и санскритских слов. Хомяков удачно занимался сельским хозяйством и обладал рядом иных практических талантов. К примеру, он изобрел паровой двигатель, отправил его на выставку в Лондон и получил патент. Двигатель, который Хомяков именовал «бесшумным», не оправдал своего наименования и при пуске оказался «странно скрипучим». Иным изобретением Хомякова было ружье для стрельбы по дальним целям. Хомяков был хорошим знатоком и большим любителем лошадей и собак.

В противоположность Киреевскому Хомяков был горячим спорщиком. Обладая прекрасным даром речи, большими познаниями и незаурядной памятью, он не имел себе равных в диспуте. В богословском диспуте с Киреевским Хомяков сослался на ту выдержку из сочинений св. Кирилла Иерусалимского, которую он читал пятнадцать лет назад в монастырской библиотеке Троицкой Лавры и которую невозможно было найти где-либо еще. Киреевский засомневался в точности цитаты и в шутку сказал: «Вы любите приводить цитаты, которые нереально уточнить». Хомяков ответил, что эту цитату можно отыскать на странице 12 или 13 в середине листа. Цитату получилось более точно определить позже - и Хомяков оказался прав.

Хомяков носил бороду и одевался в старинное русское платье. Так он подчеркивал свою любовь ко всему русскому.

Последние годы в целом счастливой жизни Хомякова были омрачены потерей супруги. Духовное значение Хомякова выявляется из некролога, опубликованного одним из его врагов, Герценом в революционном «Колоколе»: «Еще один из примечательных деятелей в мире русской мысли и русского сознания кончил свою жизнь. Алексей Степанович Хомяков умер от холеры 4 октября в своем рязанском имении.

2.Философско-религиозное учение А.С. Хомякова

Киреевский и Хомяков были сторонниками идеи конкретности и цельности реальности. В двух статьях о Киреевском Хомяков вполне приобщается к мнению последнего о формальном, сухом и рационалистическом характере европейской культуры и аналогично как Киреевский, заявляет, что русская культура была вызвана к жизни идеалами разумности и цельности (I, 199).

Хомяков рассматривал философию Гегеля как высочайший пункт рационализма. Сообразно его мнению, Гегель принял «законы осмысливания за закон всецелого духа» (I, 295). У него, произносит Хомяков, «формула факта признается за его причину». Гегель считал, что «земля кружится около солнца не вследствие борьбы противоположных сил, а вследствие формулы эллипса…» (I, 37, 144, 267, 295). Гегель жаждет вывести все из развития мышления, т. е. из законов мышления, забывая, что «понятие есть понимаемое в понимающем» (I, 295), однако действительность остается за понимающим; в нем устанавливается полюс позитивный, обращающий предмет в отрицание. С иной стороны, напротив, в развитии мысли предмет логически предшествует понятию. Поэтому законы осмысливания не могут быть приняты за «закон всецелого духа» (I, 295).

Чтобы познать явления в их жизненной действительности, субъект должен выйти за пределы самого себя и перенестись в них «нравственною силою искренней любви». Подобным образом, расширив свою жизнь посредством иной жизни, он получает живое знание, не отрываясь от действительности, а проникаясь ею. Будучи «внутренним» и «непосредственным», живое знание этак отличается от знания абстрактного, как настоящее ощущение света зрячим отличается от знания законов света слепорожденным.

«Живая истина» и в особенности истина божия не укладываются в границах логического постижения, которое есть только вид познавательного человеческого процесса. Они являются объектами веры (не в смысле субъективной убеждённости, а в смысле конкретного предоставленного). Вера не противоречит осмысливанию, невзирая на ее металогический характер.

Естественно, нужно, чтобы «бесконечное богатство данных, приоб-ретаемых ясновидением веры, анализировалось рассудком».

Лишь там, где достигнута гармония веры и рассудка, имеется «всецелый разум». Под словом «вера» Хомяков, разумеется, предполагает интуицию, т.е. способность конкретного осмысливнания жизненной реальной действительности, вещей в себе. До него слово «вера» употреблялось в этом смысле в немецкой философии Якоби, а впоследствии в русской - Владимиром Соловьевым.

Живое знание дает нам познание такого, что располагается в основе существования, - познание силы. На низшей стадии действительности сила проявляет себя в форме материальных процессов, на высшей - в духовном мире - она является свободной волей, объединенной с разумом. Сила не может быть постигнута рассудком, так как она не есть объект. Сила принадлежит к «области допредметной». Иными словами, она представляет собою металогический принцип.

Человек - нравственное существо, наделенное рациональной волей и нравственной свободой. Данная свобода означает свободу выбора между любовью к всевышнему и себялюбием, иными словами, между праведностью и грехом. Этот выбор определяет окончательное отношение ограниченного интеллекта к его нескончаемой первопричине - всевышнему.

Но целый мир ограниченных разумов, все созданное располагается в состоянии реального либо веротного греха, и только отсутствие искушения или божья милость выручает всех от греха. Так как сотворенный греховен, он подвластен закону. Однако всевышний снизошел к сотворенному и указал ему путь свободы и спасения от греха. Он вошел в историю как богочеловек и стал «воплощенным во Христе человеком, который, тем не менее, уразумел посредством единой силы своей человеческой воли всю полноту божественной правдивости». Вот отчего богочеловек Иисус Христос - верховный судья созданного во грехе, носитель «праведности Вечного Отца». Вот отчего он пробуждает в человеке соврешенное осознание собственной вины. В то же время он является и нескончаемой любовью отца. «Он сводит себя с каждым, кто Его не отвергает», всеми, кто прибегает к его поддержке и любит его истину. Данная истина заключена им в его теле - церкви.

Эти основные положения содержат зародыш метафизической системы, которая была затем тщательно разработана в русской философии.

Хомяков указал лишь на ключевые принципы данной системы, но, ориентируясь на них, просто понять сущность тех учений о церкви, которые составляют наиболее ценною часть его богословской и философской мысли. Он разработал понятие о церкви, как о поистине органическом целом, как о теле, главой которого является Иисус Христос. Любящие Христа и священную истину принадлежат Христу и становятся членами тела Христова. В церкви они обретают новейшую, наиболее полную и более совершенную жизнь по сопоставлению с той, которую они бы встретили вне ее. Чтобы понять это, нам следует вспомнить, что церковь является органическим цельным, одухотворенным самим нашим господом. «Песчинка вправду не получает нового бытия от груды, в которую ее забросил случай». «Однако каждая частичка вещества, усвоенная живым телом, делается неотъемлемой частью его организма и сама получает от него новый смысл и новую жизнь: таков человек в Церкви, в Теле Христовом, органическое основание которого есть любовь». Христос спасает человечество не только искупительной жертвой, но и приемлет любящего его грешника в тело свое. Он растворяет в себе грешника и позволяет ему разделить свою безупречность.

Поскольку все верующие любят Христа как носителя совершенной истины и праведности, то церковь не есть только единство множества людей, но и единство, в котором каждая личность сохраняет собственную свободу. Это возможно только в таком случае, когда подобное единство основывается на бескорыстной самоотверженной любви. Любящие Христа и его церковь отказываются от всяческого тщеславия, личной гордости и усваивают разумную проницательность веры, раскрывающей значение великих истин откровения.

Необходимым условием постижения истин веры является единение с церковью на основе любви, потому как совершенная истина принадлежит всей церкви в целом. «…неведение есть неизбежный удел каждого лица в отдельности, так же как грех»; «…полнота разумения, равно как и беспорочная святость, принадлежат лишь единству всех членов Церкви». К такому парадоксальному, но, тем не менее, верному заключению пришел Хомяков. Любовью сердца мы обязаны вызывать к жизни полноту истины и праведности Христа и церкви, и тогда наши глаза раскроются, и мы станем владеть интеллектом в его полноте, постигающем сверхрациональные принципы и их ассоциации с оптимальными аспектами существования.

Свобода верующего сберегается сообразно той причине, что в церкви человек обретает «самого себя, но себя не в бессилии своего духовного одиночества, а в силе своего духовного, чистосердечного, искреннего единения со своими братьями, со своим Спасителем. Он обретает в ней себя в собственном совершенстве либо, поточнее, обретает в ней то, что имеется безукоризненного в нем самом - Божественное вдохновение, непрерывно испаряющееся в грубейшей нечистоте каждого отдельного личного существования. Это отношение совершается непобедимою мощью взаимной любви христиан в Иисусе Христе, ибо данная любовь есть Дух Божий.

Главный принцип церкви заключается не в повиновении внешней власти, а в соборности. Соборность - это свободное единство основ церкви в деле совместного понимания ими правды и совместного отыскания ими пути к спасению, единство, основанное на единодушной любви к Христу и божественной праведности.

Кто любит божью истину и находит эту истину во Христе и его церкви, тот свободно и радостно ее приемлет. Это и порождает единство. «Бог есть свобода для всех чистых существ; Он есть закон для человека невозрожденного; Он есть необходимость только для демонов».

Отсюда становится ясно, отчего наша подлинная целостность с церковью тяготеет к воле. «В делах веры принужденное единство есть ложь, а принужденное послушание есть смерть».

Принцип соборности значит, что ни патриарх, имеющий верховную власть, ни духовенство, ни даже вселенский собор не являются абсолютными носителями истины. Таковым носителем истины является лишь только церковь в целом. Были еретические соборы, произносит Хомяков, к примеру тот, который положил начало полуарианству. Внешне они почти не отличались от вселенских соборов. Отчего же они были отвергнуты? Исключительно по той причине, что их решения не были признаны всеми верующими как голос церкви.

Хомяков обращается тут к посланию восточных патриархов папе Пию IX, которое гласит: «Папа весьма заблуждается, предполагая, что мы считаем церковную иерархию хранительницею догмата. Мы смотрим на дело иначе. Непоколебимая твердость, незыблемая истина христианского догмата не зависит от сословия иерархов; она хранится всею полнотою, всею совокупностью народа, составляющего Церковь, который и есть Тело Христово».

Под одним словом «церковь» Хомяков постоянно подразумевает православную церковь. Будучи телом Христа, церковь тяготеет к единству. Католицизм и протестантство отошли от ключевых принципов церкви не по причинам извращения правды отдельными персонами, а принципиально. Потому Хомяков не употребляет к ним понятие «церковь», а заводит речь о романтизме, папизме, латинизме, протестантстве и т.д. Однако это ни в какой мере не значит, что он веровал в воплощение православной церковью всей полноты истины на земле. Хомяков утверждал, к примеру, что у нашего духовенства наблюдается тенденция к «духовному деспотизму». Он довольствуется, что православная церковь сберегает в собственных глубинах настоящий идеал, но «в реальности», по его словам, никогда еще не было ни одного народа, ни одного государства или страны в мире, которые осуществили бы в полной мере принципы христианства.

Хомяков усердно обосновывает неправильность разнообразных нареканий против русской церкви. Так, к примеру, он указывает, что русская православная церковь не возглавляется царём. «Правда, − отмечает он, − выражение глава местной Церкви употреблялось в Законадательстве Империи, однако никак не в том значении, который присваивается ему в иных землях». Российский правитель не владеет правом священства, он не претендует на несомненость либо престиж в вопросах вероучения, не постановляет вопросы общецерковного благочиния. Он подписывает решения священного синода, однако преимущество провозглашения законов и проведение их в жизнь еще не является правом на собирание церковных законов. Император оказывает воздействие на епископов и членов синода. Но важно подметить, что такая подневольность церкви от светской власти нередко встречается и во многих католических государствах. В неких протестантских государствах она ещё более существенна.

Хомяков рассматривал православие как одну истинную церковь, однако ни в какой мере не был фанатиком. Он не разумел extra ecclesiam nulla salus (нет спасения вне церкви) в том смысле, что католик, протестант, еврей, буддист и так далее обречен на проклятие.

«Сокровенные связи, соединяющие земную Церковь с остальным чело-вечеством, нам не открыты; поэтому мы не имеем ни права, ни желания предполагать строгое осуждение всех, пребывающих вне видимой Церкви, тем более что такое предположение противоречило бы Божественному ми-лосердию». «Мы знаем, что, исповедуя единокрещение как начало всех таинств, мы не отвергаем и других; ибо, веруя в Церковь, мы с нею вместе исповедуем семь таинств, т.е. крещения, евхаристии, рукоположения, миропомазания, брака, покаяния, елеосвящения. Много есть и других таинств; ибо всякое дело, совершаемое в вере, любви и надежде, внушается человеку духом Божиим и призывает невидимую Божию благодать». Любящие правду и законность, оберегающие слабого от сильного, воюющие против неправды, пыток и рабства не являются христианами в полном значении этого слова. Тот, кто делает все от него зависящее, чтоб повысить качество жизни рабочих и озарить жизнь классов, влачащих ярмо бедности, тех, кого мы все еще не можем сделать полноценно счастливыми, является христианином лишь частично. «Мы твердо знаем, что вне Христа и без любви ко Христу человек не может быть спасен; но в этом случае подразумевается не историческое явление Христа, как поведал Сам Господь». «Христос не есть только факт, Он есть закон, Он - осуществившаяся идея, а потому иной, по определениям Промысла никогда не слыхавший о Праведном пострадавшем в Иудее, в действительности поклоняется существу Спасителя нашего, хотя и не может назвать Его, не может благословлять Его Божественное имя. Не Христа ли любит тот, кто любит правду? Не Его ли ученик, сам того не ведая, тот, чье сердце отверсто для сострадания и любви?» «Наконец, все христианские секты не заключают ли в недрах своих таких людей, которые, несмотря на заблуждение их учений (большею частью наследственные), своими помыслами, своими словами, своими делами, всею своею жизнью чествуют Того, кто умер за своих преступных братьев? Все они, от идолопоклонника до сектатора, более или менее погружены во тьме; но всем виднеются во мраке какие-нибудь мерцающие лучи вечного света, доходящего до них различными путями».

В своей критике римско-католической церкви и протестантства Хомяков уотребляет как отправной пункт принцип соборности, или общинности, а конкретно сочетание целостности и воли, ориентирующееся на любовь к всевышнему и его правде и на взаимную любовь ко всем, кто любит всевышнего. В католицизме Хомяков обретает целостность без свободы, а в протестантстве - свободу без единства. В подобных религиях отыскали родное воплощение только лишь внешняя целостность и внешняя свобода. Юридический формализм и логический рационализм римско-католической церкви имели корни в римском государстве. Эти черты развились в ней посильнее, чем когда-либо, тогда, когда западная церковь, без согласия восточной, вставила слово ilioque (и от сына) в никеоцарьградский символ веры. Схожее случайное изменение знака веры является показателем гордыни и неимения любви к единодушию в религии.

Для того чтобы церковь не лицезрела в этом лжи, романизм был обязан присвоить епископу Рима безусловную несомненность. Подобным способом католицизм откололся от церкви в целом и стал организацией, опирающейся на внешнюю власть. Его целостность аналогична целостности государства: оно не сверхрациональное, а рационалистическое и имеет административно-формальный характер. Рационализм привел к учению суперарогации, устанавливающей равновесие обязанности и достоинств бога и человека, взвешивающей на чашах весов грехи и молитвы, проступки и искупление. Он одобрил идею передачи долгов либо кредита одного лица к иному и узаконил обмен общепризнанными ценностями. Короче говоря, рационализм ввел в святилище веры устройство банковского учреждения. Римский католицизм рационализировал даже таинство причастия: он истолковывает духовную активность как чисто материальную и настолько умаляет святость причастия, что оно становится в его представлении видом атомистического волшебства. У православной церкви нет метафизической теории транссубстанциации: такая концепция ей просто не нужна. Христос - владыка элементов, в его силе сделать так, чтобы «всякая вещь, не изменяя нисколько своей физической субстанции», стала его телом. «Тело Христово в Евхаристии не есть физическая плоть».

Рационализм католицизма, утвердивший целостность без свободы, вызвал к жизни как реакцию на имеющееся состояние иной формы ра-ционализма - протестантство, осуществляющее свободу без целостности. Библия, сама по себе безжизненная книга, тенденциозно объясняемая каждым отдельным верующим, является основой религиозной жизни протестантов. «По этому-то самому, нет у протестантов того спокойствия, той несомненной уверенности в обладании Словом Божьим, которая дается только верою». Они придают очень огромный смысл историческому исследованию священного писания. Написано «Послание к Римлянам» Павлом или кем-либо другим - вот жизненный вопрос для протестантов! Это значит, что протестанты рассматривают священное писание как непогрешимый авторитет и совместно с тем авторитет внешний по отношению к верующему.

У православной церкви иной взгляд на священное писание. «Священное писание относится к человеку, как всякий другой предмет к субъективному разумению. Для Церкви, единицы органической и разумной, это отношение есть отношение внутреннее, иными словами: отношение объекта к субъекту, которому объект служит выражением, отношения человеческого слова к человеку, его произнесшему. Такое отношение ставит объект вне и выше всякого сомнения». «Пусть бы сегодня удалось доказать, что послание к Римлянам принадлежит не Ап. Павлу; Церковь сказала бы: «оно от меня», - и на иной же день это обращение читалось бы, всё ещё, что громко во всех Церквах, и христиане, по-прежнему, внимали бы ему в удовлетворённом безмолвии веры; потому что мы знаем, чье свидетельство одно для нас неопровержимо».

Хомяков рассматривает отказ протестантов от мольбы по усопшим, отрицание культа непорочных и неуважение к отличному устройству церкви как представление утилитарного рационализма, который не наблюдает органического единства видимой и невидимой церкви.

Недочёты римской церкви и протестантства, по мнению Хомякова, имеют один и тот же психологический источник - страх. Одни опасаются утратить целостность церкви, иные опасаются утратить свою свободу. Однако как те, этак и остальные задумываются о небесном по-земному. Католики считают, что ложь восторжествует в том случае, ежели будет нехватать центральной власти, решающей вопросы догматов.

Протестанты придерживаются иного представления. Они считают, что, ежели любой станет обязан достигать соглашения с соображением остальных, наступит интеллектуальное рабство.

Хомяков таким образом обрисовывает несоответствие трех христианских верований:

«Три голоса громче других слышатся в Европе:

«Повинуйтесь и веруйте моим декретам», - это говорит Рим.

А Церковь взывает к своим: «Возлюбим друг друга, да единомыслием исповемы Отца и Сына и Святого Духа».

Хомяков выделяет значимость неразрывной целостности любви и свободы. Конкретно это является особенно ценным в его религиозных и философских работах. Христианство - вероисповедание любви, и в силу этого оно подразумевает и свободу. Постигшим индивидуальности церковной жизни понятно, что догматы церкви нерушимы. Но в области «мнений» Хомяков вольно ищет новейшие пути. «Я разрешаю себе, - пишет он в письме к Аксакову, - не соглашаться во многих случаях с так называемым мнением Церкви». Логично поэтому, что скоро после смерти Хомякова реакционная газета «Московские ведомости» именовала его учителем лжи.

Взгляды Хомякова на историческое формирование человеческого общества и на социальную жизнь прочно соединены с его религиозной философией. В «Мыслях по вопросам всеобще истории» («Семирамиде») Хомяков объединяет целый многознаменательный процесс к борьбе двух принципов - арийского и кушицкого. Арийский принцип значит духовное поклонение «свободно творящему духу», а кушицкий принцип (родиной которого является Эфиопия) - повиновение материи, «органической необходимости, определяющей свои итоги средством неминуемых логических законов». Арийский принцип в религии - это величавый монотеизм, высоким проявлением которого является христианство. Кушицкий принцип в религии - это пантеизм с отсутствием определенного божества в высоконравственном значении. Борьба этих двух принципов в истории является борьбой между свободой и необходимостью.

Воплощение эталонов христианства в процессе исторического развития Западной Европы задержано в силу рационалистического преломления их и горделивого чванства ее народов. Россия приняла от Византии христианство в его «чистоте и целостности», свободное от одностороннего рационализма. Смиренность российского народа, его набожность и любовь к идеалам святости, его расположение к публичной организации, основанной на обязанности взаимопомощи, - все это дает основание считать, что Россия пойдет дальше Европы в вопросах заслуги общественной справедливости и, в частности, отыщет путь к примирению интересов денежных средств и труда.

Хомяков придавал наибольший смысл российской деревенской общине, миру с его сходками, принимающему единодушное заключение, и его традиционной справедливостью в согласовании с обычаем, совестью и внутренней правдой.

В российской индустрии артель подходит общине. В «Своде Законов» артель определена как фирма, основанная на принципе общих расходов и общей ответственности производства работ либо осуществления торговли посредством личного труда ее членов. Последователь Хомякова Самарин считает, что социальная и общинная жизнь Древней Руси представляла собой воплощение принципов соборности.

Хомяков говорит, что аристократический режим воинственных народов чужд славянам, которые составляют земледельческую нацию. «Мы, - говорит он, - всегда останемся демократами, отстаивающими идеалы гуманности. Пусть каждая народность живет мирно и развивается самобытно». Больше всего Хомяков недолюбливал рабство. Сообразно его словам, аморальность является основным злом рабства. Рабовладелец постоянно отличается наибольшей аморальностью, чем раб: христианин может быть рабом, но не должен быть рабовладельцем. Здесь Хомяков говорит и о крепостном праве, доказывая необходимость его ликвидации.

В противоположность Киреевскому и К. Аксакову, Хомяков не замазывает пороки русской жизни, а жестоко их бичует. В начале Крымской Кампании 1854-1855 гг. (против Турции, Франции и Англии) со страстью и вдохновением пророка он осудил порядки современной ему России (перед реформами Александра II) и призвал ее к покаянию.

Западная Европа оказалась неспособной осуществлять христианский идеал целостности жизни, потому что она переоценила логический метод познания и осмысленность. Россия же до сих пор не сумела воплотить этот идеал в жизнь сообразно той причине, что абсолютная и всеобъятная правда сообразно собственной сути развёртывается медлительно, а ещё и по той причине, что русский народ уделяет слишком мало внимания разработке логического способа познания, который обязан совмещаться со сверхлогическим осознанием действительности. Тем не менее, Хомяков верил в великую миссию русского народа. Данная миссия станет осуществлена только тогда, когда русский народ вполне проявит все духовные силы и признает принципы, лежащие в основании православия. Россия призвана, по его словам, стать в центре деятельности мировой цивилизации. История дает ей такое преимущество, поскольку принципы, которыми она управляется, характеризуются завершенностью и многосторонностью. Это преимущество дается лишь той стране, на граждан которого возлагаются особенные повинности. Россия стремится не к тому, чтобы быть богатейшей или могущественной страной, а к тому, чтобы стать «самым христианским из всех человеческих обществ».

Невзирая на то, что Хомяков и Киреевский критически относились к Западной Европе, она оставалась для них сокровищницей духовных ценностей. В донной из собственных поэм Хомяков рассказывает о Западной Европе как о «стране святых чудес». В ссобенности он обожал Великобританию. Хомяков считал, что основная амбиция публичной и политической жизни данной страны содержися в верном равновесии, которое поддерживается между либерализмом и консерватизмом. Консерваторы являются сторонниками органической силы национальной жизни, развивающейся на базе начальных источников, в то время как либералы - сторонники собственной, персональной мощи, аналитического, критического интеллекта. Равновесие этих двух сил в Великобритании никогда еще не нарушалось, поскольку сообразно словам Хомякова, каждый либерал, будучи англичанином, совместно с тем является в некой мере консерватором. В Великобритании, как и в России, народ держится собственного вероисповедания и берет под сомнение аналитическое мышление. Однако протестантский скептицизм подрывает равновесие между органическими и аналитическими мощами, что формирует опасность для будущего Великобритании. В России равновесие между подобными силами было нарушено необдуманными реформами Петра Великого.

В зрелом возрасте Хомяков несколько раз ездил за границу, что позволило ему познакомиться и с пражскими славистами. Среди славянофилов он играл главную роль, был признан лидером и вождем этого направления, крупным богословом. Самарин даже назвал его «учителем церкви». Хомяков питал чистосердечную любовь к иным славянским народам. Он считал, что им свойственно рвение к публичной и демократической организации. Хомяков надеялся на то, что все славяне, освобожденные с поддержкой России, создадут неуязвимый альянс.

Более ценные и плодотворные идеи Хомякова заключается в его учении о соборности. Соборность значит сочетание свободы и целостности почти всех людей на основании их общей любви к одним и тем же безусловным ценностям. Данная идея может быть применена для решения множества затруднительных задач социальной жизни. Хомяков доказал, что она применима как к церкви, этак и к общине. Разбирая суть христианства, он выдвинул на первый план неразрывную связь между любовью и свободой, которую мы находим в христианстве. Христианство потому является и религией свободы,при этом будучи религией любви,.

Для полнейшего осмысливания идеи сочетания любви и свободы нужна многосторонне разработанная система метафизики - концепция об онтологической структуре личности и мира, конечном идеале, связи между богом и миром и так далее.

Однако, несмотря на скрупулезные разработки теоретических вопросов истории и систематические исследования в области богословской мысли, в области философии труды Хомякова носили не систематичный, а чисто публицистический характер. По его социально-политическим воззрениям Хомякова можно назвать консервативным прогрессистом: с одной стороны, он выступил как решительный приверженец русского государственного строя, с другой - как столь же решительный сторонник глубоких социальных реформ в духе истинно христианской философии. Это сделало его одинаково неприемлемым как для представителей русского освободительного движения, так и для бюрократического реакционного режима Николая I.

Заключение

Хомяков А.С. не оставил ни завершенной системы взглядов, ни набросков собственного философского учения аналогично как и его старший единомышленник Киреевский. Все, что было предпринято им в этом отношении, сводится к развитию и распространению идей Киреевского, хотя и среди высказанных им притом идей и доводов некоторые заслуживают внимания и прибавляют мировоззрению славянофилов огромную философскую доказательность, устойчивость и ощутимость.

В своих философских публицистических работах Хомяков предстает светлым и точным мыслителем, качественным и темпераментным писателем. Определённость и ясность мысли отличали Хомякова и в разговорах или спорах с товарищами и оппонентами; это доказывают многочисленные высказывания о нем как о сильнейшем и качественном диалектике.

Добившись нравственной и философской зрелости, Хомяков издал славянофильское кредо, где серьёзно и систематично изложил свои взгляды. Хомяков требовательно настаивал на свободной сущности безусловного начала и на исключительно свободном понимании его «волящим разумом», или «волей разума». КонкретноХомякову мы обязаны объяснением основ православной веры. То, что он провозглашает и хвалит, есть теократический абсолютизм, хотя сам Хомяков именует свою систему настоящим консерватизмом. Теории Хомякова были развиты существенно позже Владимиром Соловьевым, которого следует рассматривать как первого русского мыслителя, сформировавшего самобытную философскую систему.

На примере жизни и учения Хомякова А.С. можно увидеть, что славянофильские идеи и лозунги в основном нашли признание в высших господ-ствующих слоях и то лишь на короткое время при Николае I. Невзирая на кажущуюся заботу об Отечестве и религиозную канву их построений, они, однако, прервали длившийся до тех пор рост социально-политического воздействия России как европейской державы, что нашло более совершенное отражение в ее поражении в Крымской войне.

В области духовной культуры славянофильская ориентация отразилась в неслыханном до этого угнетении русской жизни в последнее десятилетие правления вышеупомянутого правителя. Десятилетие это стало периодом постепенной подготовки следующего шага социально-политической борьбы в России, в результате вылившись в классовое противостояние внутри страны, глубочайший кризис мировоззрения, церкви и православной веры.

Список использованной литературы

1.Аблеев С.Р. История мировой философии / С.Р. Аблеев. - М.: Издательство АСТ, 2009. - 412 с.

2.Алексеев П.В. Философия / П. В. Алексеев. - М.: Проспект, 2009. - 609с.

.Кармин А.С. Философия / А.С. Кармин, Г.Г. Бернацкий. - СПб.: Питер, 2009. - 452 с.

.Кохановский В.П. Основы философии / В.П. Кохановский. - Ростов н/Д: Феникс, 2011. - 511 с.

.Радугин А.А. Философия / А.А. Радугин. - М.: Центр, 2008. - 348 с.

.Спиркин А.Г. Философия / А.Г. Спиркин. - М.: Гардарики, 2010. - 736с.

.Таранов П.В. Анатомия мудрости. 120 философов / П.В. Таранов. - М.: Мысль, 2009. - 513 с.

.Философия / под ред. В.И. Кириллова, С.И. Попова, А.Н. Чумакова. - М.: Юристъ, 2008. - 376 с.

Похожие работы

 

Не нашел материала для курсовой или диплома?
Пишем качественные работы
Без плагиата!