Тема: Принципы этической жизни: нигилизм

  • Вид работы:
    Реферат
  • Предмет:
    Этика, эстетика
  • Язык:
    Русский
  • Формат файла:
    MS Word
  • Размер файла:
    0
Принципы этической жизни: нигилизм
Принципы этической жизни: нигилизм
Вы можете узнать стоимость помощи в написании студенческой работы.
Помощь в написании работы, которую точно примут!

Читать ONLINE Принципы этической жизни: нигилизм















Принципы этической жизни: нигилизм

Содержание

Введение

Ответственность, страх и умеренность как принципы прикладной этики

Нигилизм в принципах этической жизни

Заключение

Список использованной литературы

Введение

Первая попытка применить понятие «нигилизм» к характеристике философии принадлежит Лиотара. Но она не стала успешной, поскольку сопровождалась рядом шероховатостей, прежде всего историко-философских. Если в искусстве постмодернизм, как правило, означает отталкивания от традиций художественного авангарда, который имеет достаточно четкие хронологические рамки, то в философии так и не удалось договориться о том, что понимать под «модерн», «эпохой модерна». К примеру,Вельш насчитывает по крайней мере шесть вариантов понимания этого понятия современными философами.

Такая неопределенность приводит к неэффективности понятие «постмодернизм», поскольку префикс «пост-» содержит неоднозначные хронологические импликации. В конце концов, определенная некорректность понятия «философский постмодернизм» (постмодерн) была признана самим Лиотаром. Провозглашенный Ницше нигилизм характеризует специфику постмодернистской философии, которая, по определению Лиотара, представляет собой «войну целом». Все то, что, так или иначе, отражает дух этой интеллектуальной течения, провозглашается актуальным и современным.

И наоборот, проявления классической философской культуры рассматриваются как отжившие и устаревшие формы мысли. Исходным и наиболее весомым для постмодернистских интерпретаций пунктом философской доктрины Ницше является его неприятие любой метафизической концепции, претендует на полное, всеобъемлющее объяснение сферы реальности, которая рассматривается. Особенно важны для понимания постмодернистских идей взгляды Ф. Ницшена нигилизм, по его сущность и возможности преодоления. Во многих случаях это связано с тем, что существует представление о постмодернизме как наиболее радикальную форму нигилизма. Основанием для такой точки зрения является тот факт, что если все предыдущие негативные мировоззренческие концепции, отвергая одни «высшие» ценности, сводят на их место другие, то постмодернизм вообще отказывается от каких-либо «высших» ценностей. На самом деле, у постмодернистов скорее речь идет о качественно новый подход к ценностям, о переоценке значения ключевых категорий, с помощью которых мы привыкли воспринимать и описывать реальность.

Ответственность, страх и умеренность как принципы прикладной этики

Неуклонный рост знаний и развитие технологий в ХХ в. вызвали своеобразные тектонические сдвиги в сознании человека. Все то, что превращало шаткие абстрактные понятия в надежные моральные принципы, то, что создавало определенную систему координат, то, что складывалось на протяжении веков и, изменяясь, не теряло своей сути - все это начало меняться. Следствием стала смена мировоззренческих ориентиров, ценностных установок и нормативных систем. На протяжении столетий в моральной философии сложился широкий спектр теорий, направленных на воспитание нравственного человека, создание согласованных межличностных отношений, формирование нравственного общества. Прогресс в науке и технике существенно изменил и продолжает менять образ жизни и среда обитания человека. Перед человеком встала новая проблема - как выжить в быстро меняющихся условиях жизни. Перед современной этической наукой возникают вопросы, неизвестные ей ранее. Возникла необходимость переосмысления классических этических концепций и формирования новых, которые позволят объективно оценить последствия научно-технического прогресса для человека и выработать новые моральные принципы. Современная этика обращается к проблемам, ранее ей были незнакомы. С теоретической науки она превращается в прикладную.

Прикладная этика требует теоретического обоснования. Одним из вариантов новой этической теории стала работа главного теоретика Гастингс Центра Ганса Йонаса «Принцип ответственности. Опыт этики для технологической цивилизации ». Суждения Йонаса основываются на концепции об угрожающий характер последствий научно-технических достижений современной цивилизации. По мнению философа, осознание глубины сложившихся проблем и их решения невозможны без создания новой этической теории, формирование новых ценностей и норм. Йонас предложил принципы, отвечающие потребностям современной этики, которые позволят сохранить природу самого человека и окружающий мир от натиска техногенной цивилизации. Цель статьи - рассмотреть содержание ответственности, страха и воздержания как принципов новой этической теории.

Работа Йонаса «Принцип ответственности. Опыт этики для технологической цивилизации »опубликована на немецком языке в 1979 г.. В. А. Канке назвал выход другом этой книги событием, «которое ознаменовало собой некий прорыв устоявшегося, традиционного этического фронта ». Несмотря на актуальность рассматриваемых вопросов, исследования ученика Гуссерля и Хайдеггера в отечественном дискурсе остается недостаточно изученным. Обычно на работу Йонаса ссылаются в исследованиях, посвященных проблемам современного научно-технического развития или прикладной этики. Подробное философия Ганса Йонаса проанализирована в исследовании А. Н. Ермоленко: «Этика ответственности и социальное бытие человека: Современная немецкая практическая философия». Ермоленко пишет о Йонаса как о представителе одного из ведущих направлений современной немецкой этики - «ценностного консерватизма» или «неоконсерватизма». «Принцип ответственности» Йонаса рассматривается автором рядом с работами других представителей этого направления, основное внимание он уделяет характерным признакам этики «ценностного консерватизма», а не собственно концепциям Йонаса. В. А. Канке в исследовании «Этика ответственности. Теория морали будущего»нарушил задача вроде задачи Йонаса: осмыслить роль этики в современной жизни, показать, что без этики неизбежен крах цивилизации. Основываясь на концепции Йонаса, автор рассматривает ответственность как основной принцип этики ценностей и на его основе строит теоретическую систему ценностей, отвечающей современным условиям. Канке обнаруживает наличие понятия ответственности в различных этических теориях, анализирует его интерпретацию в исторической ретроспективе. Однако он не раскрывает содержания принципа ответственности, которым наполнил его Йонас.

На протяжении всей истории развития человека его деятельность не представляла угрозы ни для мира природы, ни для него самого. Ранее поколения о будущем не рассуждали и представляли его по аналогии с настоящим. «Реальная дальность действия была мала, временной интервал для предсказания, постановки цели и определения возможных последствий сжатый, контроль за условиями ограничен», - пишет Йонас. Поэтому классическая этика ориентировалась на формирование межличностных отношений. Определенные ею нормы распространялись исключительно на современников, направляя их действия в настоящем. Поэтому и последствия человеческой деятельности в классической этике оценивались с точки зрения понимания блага человека в данный момент. «Этика имела дело с« здесь »и« сейчас », с обстоятельствами, возникающими между людьми, с ситуациями частной и общественной жизни, повторяющиеся и являющиеся типичными» - определял Йонас. По мнению Йонаса, классическая этика способствовала формированию крайне индивидуалистической и эгоистической европейской культуры. Сложилась традиция видеть в первую очередь только положительные стороны прогресса и воспринимать как второстепенные его негативные последствия.

ХХ в. меняется характер деятельности человека, а результаты все чаще становятся необратимыми. Научный и технический прогресс дали человечеству множество достижений, привели к новому качеству жизни. Но именно научно-технический прогресс стал толчком к глобальным кризисам, которые привели человечество к грани своего самоуничтожения. Экологическая и антропологическая кризиса, растущие процессы отчуждения, изобретение все новых средств массового уничтожения, грозящих гибелью всему человечеству, - все это побочные продукты техногенного развития. И поэтому сейчас понятно, что необходимо изменить систему ценностей, преодоления глобальных кризисов требует изменения целей человеческой деятельности и этических регуляторов.

Должна измениться этическая теория и прежде всего ее предмет. Современный человек из субъекта превратилась в объект своей деятельности, особенно в области технических и биомедицинских технологий. Развитие науки привело к тому, что человек может самостоятельно изменять собственную природу, которая всегда воспринималась как данность, как нечто неизменное. Вмешательство в природные законы жизни и смерти, контроль над поведением, генетические манипуляции - все это стало сегодня возможным. Человек всегда мечтал об избавлении от болезней и немощей, от тяжелого труда, от неожиданностей природы и современная наука далеко продвинулась в этом. Но, как отмечает Йонас, в современном прогрессе естествознания и техники состоит самая большая угроза для человека: «совершенствования» ее природы может с тем привести к «преодолению человека». Поэтому, по убеждению философа, предметом этических отношений должны стать современный человек, ее среду обитания и будущие поколения. А новым задачам этики - спасение человека как вида.

Расширение предмета этики требует изменения в системе ценностей и норм. При этом, отмечает Йонас, антропоцентичная направленность, характеризующий классическую этику, сохраняется, «поскольку определяющей точкой отсчета, превращает заинтересованность в сохранении природы заинтересованность моральную, судьба человека с его зависимостью от состояния природы ...».

Главным принципом прикладной этики, по мнению Йонаса, должен стать принцип ответственности. В классической этической науке ответственность человека за свои поступки и их последствия всегда считалась одной из добродетелей, но в этических системах чаще всего она оставалась на втором плане.

ХХ в. начинается активное обсуждение профессиональной и правовой ответственности ученых, изобретателей и инженеров за реальные или потенциальные негативные последствия технических инноваций, политиков и представителей бизнеса - за применение и использование этих инноваций. Уже с середины ХХ в. особое значение в научно-технической сфере приобретает понятие моральной ответственности. Это стало реакцией на результаты применения новейших технологий в военных целях и негативные последствия техногенного влияния на окружающую среду.

Йонас подразумевает именно моральной ответственности человека, когда указывает на онтологическую направленность последствий использования новейших технологий. Он отметил, что, не имея никакого преимущества перед другими формами жизни, человек отличается от них тем, что несет ответственность. «Только живое может быть подвергнуто угрозе, поэтому только он может вообще быть предметом ответственности. Мыслитель подчеркивает, что речь идет не о утилитарный интерес, когда необходимо заботиться о том, что предоставляет пользу, в частности об ответственности. Никакие ссылки на государственную, экономическую или техническую целесообразность и высшие научные интересы не могут оправдать морального и материального ущерба, которых можно нанести человеку и окружающей среде.

Часто вызывает критику такая «долгосрочная перспектива», ответственность перед будущими поколениями. Йонас писал, что современный человек ответственный не только перед будущим, но перед самой идеей человека. «Исключить появление человека будущего - это преступление настоящее». Он убежден в необходимости существования человека как одной из форм жизни, поскольку, по его мнению, что если природа ставит цель, то она приводит и ценности. Цель природы - жизнь, подтверждающая многообразие ее форм. На основе этого заключает: достижение цели - благо, и само существование человека как вида - благо.

Йонас выделяет два типа ответственности «вертикальную» и «горизонтальную». «Вертикальная» ответственность - это ответственность сильного за кого слабого. «Горизонтальная» ответственность - это ответственность союза самостоятельных личностей перед поставленной целью. Этика, целью которой является сохранение человека, предполагает сочетание этих двух типов ответственности. «Вертикальная» ответственность за будущие поколения и природную среду, так как они зависят от действий современного человека. «Горизонтальная» ответственность за достижение цели, Йонас сформулировал так: «человек должен быть!»

Возможность реализации такой ответственности предполагает наличие нескольких условий. Во-первых, существование личности с развитым индивидуально нравственным сознанием, которая способна не только принимать решения, но и оценивать их последствия. Во-вторых, заинтересованность этой личности - не только в своих утилитарных интересах, но и в чужих, способность жертвовать собой ради блага других. В-третьих, социальная активность личности, ее свободный доступ к информации.

Йонас пытался расширить понимание категорического императива Канта, применяя его не только в сфере нравственных отношений людей, но и в становлении человека к живой природе. «Действуй так, чтобы последствия твоей деятельности были совместимы с поддержкой подлинно человеческой жизни на Земле». Или в отрицательной формулировке: «Действуй так, чтобы последствия твоей деятельности не были разрушительными для будущей возможности такой жизни». Новый императив в большей степени обращается не к индивидууму, а к социуму. Поэтому, по мнению автора, воплощаться он должен в первую очередь в сфере социально-политической или религиозной. Только в таком случае принципы новой морали будут признаны коллективным сознанием.

Второй неотъемлемой составляющей современной этики, по мнению Йонаса, должен стать страх. В классической этике страх трактовался как аффект, порожденный ожиданием чего-то недоброго и страшного, или неумение овладеть свои страсти, или как следствие невежества. Освободить человека от такого страха пытались еще древние философы. Можно все развитие человечества представить как последовательное освобождение от различных страхов. Результатом этого освобождения стала все активнее деятельность человека на пути преобразования природы. Но при этом в течение длительного времени в сознании человека сохранялась своеобразная граница, сформированная религиозным мировоззрением, переступать которую человек не решалась. Секуляризация науки и общества уничтожила благоговения перед священным, и человек вторглась в сферы, на которые раньше ее влияние не распространялось при любых условиях.

Йонас заметил, что нивелирование представление о святом позволило человеку бесстыдно вторгнуться в святая-святых. Оно присвоило себе право решать вопросы, связанные с жизнью и смертью, изменением сущности человека и окружающей среды. Разрушение границ, установленных категорией святого, сделало человека могущественным, но безответственным творцом. Это породило страх нового типа. Следствием этого страха стало формирование прикладной этики, в которой отразился страх перед наукой и техникой, страх потери над ними контроль. Возрождения былого пиетета перед священным невозможно. Следовательно, и тот предел, не позволяла человеку сделать необратимые действия, исчезла. Поэтому, по мнению Йонаса, необходим новый страх, произведенный сознательно, как результат жизненной позиции. Это «духовный страх» за будущее человечества, порожденный «благоговением перед жизнью», он состоит в предоставлении «преимущества хуже прогнозов перед лучшим». Это означает, что если есть малейшее сомнение, что новый техническое изобретение или научное открытие может иметь негативные последствия для человека или его среды обитания, то от него нужно отказаться. Человек должен остерегаться самого себя, своей собственной разрушительной и почти ничем не ограниченной силы. Увеличение объема знаний человека будет способствовать росту ее могущества, и одновременно, является угрозой для нее самой Современный человек, считает Йонас, уже не может контролировать технический прогресс. Многие процессы, начинающиеся сегодня, приобретают собственную динамику, что необратимые последствия. «В то время как первый шаг мы делаем еще свободно, второй и все последующие за ним превращают нас в рабов», - пишет Йонас. Поэтому в новой этике сомнение человека в своем знании «становится обратной стороной обязанности знать» и соответствующим образом контролировать свои действия.

Таким образом, страх в понимании Йонаса - это не страх перед неизвестным будущим, что было известно человеку с давних времен, а страх за будущее. Такой страх - не следствие недоверия к любому нововведения только потому, что оно меняет привычный уклад жизни. Страх за будущее возникает одновременно с осознанием последствий деятельности человека - это результат знания. В ситуации нечетких понятий добра и зла именно такой страх позволяет выявить, что угрожает объекту ответственности и что есть зло. «Первым, предварительным обязанностью этики исторической ответственности оказывается сознательное вызывание в себе самоотверженного страха, через который вместе со злом оказывается благо, которое необходимо от него уберечь, а оказывается, обязанностью становится сама способность чувствовать страх», - пишет Йонас.

А. Н. Ермоленко отметил, что страх, который Йонас вывел как этических принципов, одновременно является и конкретным, и метафизическим. «Это и экзистенциальный страх перед ничто, который является источником способности бытия человека к возможной независимости, но и страх перед чем-то конкретным, страх, что касается мира». Именно в таком двойном аспекте страх становится составной этики ответственности. Таким образом, Йонас пишет не о страхе, сковывает волю человека перед будущим, не об страх, порожденный неуверенностью и слабостью, а о страхе как побудителя к действию.

Предложенная Йонасом «эвристика страха» была подвергнута критике, особенно представителями технической сферы. По их мнению, ориентация оценки техники на пессимистические прогнозы приведет к отказу от дальнейшего развития. Развитие науки и техники, конечно же, не остановить. Но если их достижения угрожают существованию человека, можно говорить о прогрессе? В связи с этим возникает вопрос, что считать прогрессом: любое техническое новшество, любое техническое новшество, улучшает жизнь людей или любое техническое новшество, обеспечивающее прибыль? Однозначного ответа нет. Йонас пишет о необходимости, не жертвуя настоящим, жить ради будущего. Для этого необходимо честноответственно подходить к достижениям науки и техники, тщательно просчитывать результаты их использования. Страх перед последствиями и за будущее предполагает НЕ распространение тех технических изобретений, кроме положительного влияния на жизнь человека, могут иметь негативные последствия, даже если эти последствия скажутся в отдаленном будущем. Йонас предлагает единственный критерий оценки нововведения - человеческая жизнь, как в настоящем, так и в будущем, должно быть полноценным.

Страх и ответственность в этике Йонаса коррелируют с принципом умеренности, издавна был важным в классической этике и имел в виду различные варианты ограничений чувственно-телесной сферы жизни человека. В античной и христианской этике принцип умеренности понимали, как действенный способ противостоять силе страстей, разрушающих сущность человека, или как способ ограничения привязанности к внешнему миру, сосредоточение на достижении поставленной цели. Духовное возрождение всегда связывали с ограничением телесных потребностей и желаний, сосредоточенности на своем внутреннем мире.

В прикладной этике принцип умеренности должен вступить новое значение. Целью новой воздержания является сохранение жизни. Только будущие поколения, замечает Йонас, смогут понять и оценить принесенные современностью жертвы. Этическая теория Йонаса антиутопическая, он пишет об опасности, представляющей человек сам для себя. И если традиционно благополучия человека связывали с прогрессом науки и техники, то Йонас связывает будущее с этикой.

По его мнению, человечество в будущем пережить катастрофы небывалого размаха. Современный человек еще не в полной мере осознал серьезность своего положения. Она по инерции продолжает верить в прогресс и возможность выхода из любой кризисной ситуации с помощью нового витка развития технологий. Ответственность и страх дисциплинируют человека и способны помочь обуздать неуемную жажду потребления. Однако современный человек не способен добровольно принять принципы умеренности, а насильно заставить сдерживать свою жажду потреблять невозможно. Единственный выход Йонас видит в наполнении новым содержанием понятие умеренности и приобщением ии к новой системе моральных ценностей и норм.

Таким образом, задачей Йонаса стало преодоление релятивизма и ценностного нигилизма, сложившиеся в европейской культуре. По сути, в его исследовании говорится о преодолении индивидуализма, с большим трудом утвердился в европейской культуре и этике. Этика должна стать одной из основных наук в современном мире. Ведь только она может определить границы между научно-правильным и технически возможным, с одной стороны, и морально допустимым, - с другой. Но для этого сама этика должна меняться вместе с растущей технической мощью человека. Йонас стал основателем нового подхода к формированию ценностей. Этот подход направлен на то, чтобы «выводить ценности и нормы не по надлежащему, идеальному обществу, задает параметры «эвристики надежды», которая расширяет горизонт человеческой деятельности, а с наличного бытия, от ответственности за сохранение жизни, на основе «эвристики страха» сдержала бы экспансию человека в мире».

Нигилизм в принципах этической жизни

Ницше предупредил нас, что нигилизм - это тяжелая болезнь и тяжелое испытание нашего времени, истощение и гибель Смысла.

Нигилизм: хотя этот термин и происходит от латинского «ничто», этимология мало поможет нам понять семантическое богатство этого слова, которое в течение XIX столетия приобретает самых многообразных значений. Так, в традиции русской мысли оно означает критику традиционных ценностей и определенный проект перестройки социального мира. Но его можно встретить во французской литературе и прежде всего в «Очерках современной психологии» (1885) Поля Бурже (у этого писателя нигилизм представляет собой психологический тип, обозначенный пессимизмом). Ницше где-то в 1887 - 1888 гг. пользуется этим термином, интегрировав у него несколько значений, распространенных в XIX веке. У этого клинициста нигилизм перестает означать доктрину, он теперь понимается как заболевания западной культуры и западной цивилизации, смертельная кризис, поразивший наш современный космос и развиваться в течение двух последующих веков. Но что, же он все-таки выражает, нигилизм? Он выражает упадок и вырождение воли к власти, которая перестает утверждать жизнь и ценности творения. Древнегреческая философия, иудейская и христианская религии уже обозначили печатью Небытие наш мир, представляется простой видимостью. Подвергаясь нечистым искушениям Абсолюта и Бытия, оговаривая содержание и содержательное, обещая выздоровления слабым и болезненным формам жизни, человек уже стал жертвой нигилистической болезни: воля к власти превратилась в свободу в небытие.

Этот нигилизм остается скрытым: когда научная новизна XIX столетия растворяет в своих понятиях сверхчувствительные идеалы, тогда западное население, освободившись от божественной трансцендентальности, в которую оно направляло все свои силы, открывает, вне мертвыми ценностями, Небытие того, что было раньше Бытие, необоснованность бывшей полноте. Таким образом, ценности позитивизма, науки и прогресса. Заслоняют богов, Бытие и потусторонние миры. Убив Бога и самозванно захватив его Престол, человек западной цивилизации видит, что Нирвана открывается как реальная основа всего сущего. В мире пустом и бесполезном, заполненном такими обычными сурогатами, как наука и прогресс, разве в таком мире человек не обречен на нонсенс и ничто? В этом случае нигилизм означает осознание того Небытие, которое наступает после смерти Бога, ощущение той пустоты, приходит за обманчивой полнотой. Если он «болен» нигилизмом, тогда этот нигилизм остается скрытым, замаскированным и неявным. Настоящий нигилизм - это нигилизм новейшей современности, нигилизм смерти Бога и потусторонних миров. «Нигилизм означал недавно пренебрежение, отрицание жизни во имя высших ценностей. А сегодня он означает отрицание этих высших ценностей, замену их ценностями человеческими - слишком человеческими (мораль заменяет религию; прогресс, сама история заменяют божественные ценности ».

Это свидетельствует за то, что разновидности нигилизма многочисленны. Ницше изображает нам его стадии, этапы, показывает его в образах. От пессимизма к активному и экстатическому нигилизму, с переходом через социализм, этот убогий заменитель древних Абсолют, - вот такие разнообразные формы больной души предстают перед нами.

Неполный нигилизм идет дальше, чем робкий пессимизм. Расписание Абсолюта там проступает явственнее с эрзацами, суррогатами и разнообразными продуктами замены, питавшие не только конец XIX века, но и наше собственное. Вера в человека, теология прогресса, апологии коллективного счастья, достигнутого через социалистические идеалы, - сколько разных и таких знакомых нам троп! Почему мы говорим, в данном случае, «нигилизм неполный»? Ведь на самом деле он не очищает от позолоты и не уничтожает идолов, которые пришли на смену Богу, убитому людьми. Была большая доза наивной мечты, но также и много слабости в этих идеалах замены, как о том, например, свидетельствует убогая идея «коллективного счастья». «Счастье широких масс» - это идеал, от которого тошнит каждого, кто слишком себя уважает, чтобы бездумно приобщаться к общественности». этический нигилизм страх

Активный нигилизм вмешивается во все дела, стремится все разрушить и все перекинуть, демонстрирует силу и энергию - всего этого не хватает нигилизма пассивному, что представляет собой некое состояние усталости и знак слабости, вызванное разочарованием». И наконец, «экстатический нигилизм», который готовит решающую смену: переход к утвердительной воли к власти.

Он подрывает Ничто и направляет нас к Дионису, к пантеистического участия. Экстатический нигилизм, замечает Ницше, в определенных случаях может быть незаменимым для философа; он разбивает, как ударами молота, прогнившие элементы и прокладывает дорогу к новому образу жизни. Словом, экстатический нигилизм - это тот нигилизм, который осуществляет преобразование всех ценностей.

Но мы очень и очень далеки от этого этапа. Когда умирают Бог и сверхчувствительные идеалы, когда Небытие разворачивается как основа мира, «Последний Человек» и отражено в ней среднее человечество надолго овладевают земную поверхность: они выбирают Небытие и пассивные развлечения, которые крикливо рекламируют. Зараженная гедонизмом, что чужой всяком творению и всякому истинному жажде, «Последний человек» прыгает по нашей планете в поисках запрограммированных развлечений и мелких радостей новой цивилизации. Этот герой нашего времени, отныне лишен идеалов могущества и власти, находит полную радость в этом мире, где нет ни величия, ни реальных активных добродетелей.

Строки следующего текста - это отрывок из трактата «Так говорил Заратустра». В прологе к этому произведению Заратустра говорит нам о «Последнем Человеке», что ищет своего мелочного счастью, об этом ничтожного индивида, обреченного на обобщенный конформизм. Этот текст Ницше провозглашает упадок Запада, о котором пишут современные теоретики, вырождение общества, запутавшегося в сетях индивидуальной безопасности и индивидуального счастья.

Именно неуловимое ощущение абсурдности пытается эксплицитно прояснить автор в этом произведении. Во вселенной, лишенному смысла и рациональных причин, остается только приумножать опыт, вычерпывать содержание возможного. Что такое человек абсурдный? Это тот, кто, не отрицая этого, не делает ничего для вечности и живет в поле, в то время ограниченном и переполненном возможностями.

«Театр нонсенса» Ионеско и Беккета как некие новейшие грани «черной скуки» тоже, очевидно, связываются со словом, которое стало выражать бы определенный этикет и втянуло в свою смысловую орбиту множество разнородных форм или измерений. Нигилизм уже не сводится к простой психологической констатации, он означает обвал оснований и растворения принципов.

В современные образы нигилистической болезни интегрируются разнообразные формы эры пустоты, рассмотренные выше: разочарование в идеологиях, новые способы социализации, множество вариантов «пассивного нигилизма», когда приходит в упадок духовная сила, угасает воля к творческой активности.

Но все это только симптомы; а на более радикальном уровне нам стоит уделить внимание двум направлениям анализа: растворению смысла в «Печальные тропики» и «Голой человеку» Леви-Стросса и этическим темам, рассмотренным в работах итальянского философа Ваттимо. На последних страницах «Печальные тропики», а также в конце «Голый человек» вырисовывается определенный вид онтологического пессимизма: линия чисто этнологического исследования завершается трезвой констатацией и, более того, открытием пустоты и «дезинтеграционного процесса, который подстерегает каждое общество и каждую культуру. Но прежде сумерки смысла привлекает и задерживает внимание читателя. Ведь мы действительно предоставляем вселенной смысла, определенного смысла, который однажды неизбежно растает, превратится в «Ничто». Таким образом, антропология, согласно формуле самого Же Леви-Стросса, переходит в ентропологию. Призывая нас не прятаться от неизбежного и избавиться смысла, этнолог ведет нас к той последней зоны, где распадаются значение, принципы и ценности. В этом плане его исследование имеет очевидный отношение к «нигилистической» деноминации.

Заключение

Уже на протяжении нескольких веков имеет место четкая тенденция описания состояния человеческой культуры. Его (состояние) определяют как угрожающий и беспокойный. Глубинные изменения человеческого мировоззрения определяют кризисный синдром цивилизации. Речь идет о том, что вековые ценности вращаются результатам недосягаемости, разочарование, тошноты, отчаяния и отчаяния. Потеря ценностей является долговременным процессом, который сопровождается нетолько отрицанием, деструкцией и переоценкой прежних незыблемых ориентиров жизни,но и ощущением необходимости изменений и обновления. Все это в совокупности формирует проблематику нигилизма как феномена ситуации кризиса культуры и выдвигает необходимость поисков ответов на вопрос: что такое нигилизм; какова его природа и причины; в чем заключается смысл нигилизма; как его воспринимать и преодолеть.

Отношение к исследованию проблемы нигилизма никогда не было однозначным. Так,в советские времена в философии и этике устанавливались жесткие рамки на все, что было связано с личностными негативными переживаниями, с регрессом духовной силы человека, с трагизмом человеческого бытия, поскольку это шло вопреки оптимистично настроенной, социально активной и прогрессивной «советскому человеку». Поэтому в словарях понятие «нигилизм» трактовалось советской философской наукой упрощенно и вместе с тем однобоко, фрагментарно и заидеологизирована, имел место редукционистского подход к осмыслению проблемы..Проблема нигилизма как явления культуры в ситуации кризиса рассматривается теперь под углом зрения соприкосновения, в континууме с человеческой повседневностью, экзистенциальными измерениями человеческого существования, постановкой человеком смысложизненных вопросов и тому подобное.

Понимание нигилизма как исключительно негативного явления (лат. - Nihil - ничего, ничто) - отрицание всех норм, принципов, законов является неполным, фрагментарным. В этом контексте важно отметить, что существует два пути преодоления этой болезни всех времен и народов, ибо нигилисты не могут утверждать ни бытия, ни своей личности. Первый массовый - это погружение в душный мирок будней обычного человека. Второй - победа над своим «Эго» - путь духовного самосовершенствования. Важным аспектом исследования нигилизма является раскрытие неоднозначности и полиморфности понятие «нигилизм», прослеживание динамики изменения предмета нигилизма в историко-философской мысли, выяснение в этом контексте вариативного смысловой нагрузки этого феномена и тому подобное. Одним из приоритетных задач выступает обоснование человекомирности нигилизма, его философско-антропологического основания, кризисной природы нигилизма.

Список использованной литературы

Гулевич О. А. Социальная психология справедливости. - М.: Изд-во "Институт психологии РАН", 2011. - 284 с.

Дубко Е. Л. Политическая этика; Академический Проект, Трикста - Москва, 2014. - 720 c.

Дусенко С. В. Профессиональная этика и этикет; Академия - Москва, 2012. - 224 c.

Егоров П. А., Руднев В. Н. Основы этики и эстетики; КноРус - Москва, 2012. - 224 c.

Зеленкова И. Л. Этика; ТетраСистемс - Москва, 2013. - 352 c.

Иванов В. Г. История этики средних веков; Лань - Москва, 2014. - 464 c.

Лавриненко В. Н. Психология и этика делового общения; Юрайт - Москва, 2012. - 592 c.

Лекции по этике; ИДДК, Бизнессофт - Москва, 2013. - 810 c.

Основы биоэтики; Вышэйшая школа - Москва, 2011. - 352 c.

Этика :учеб. пособие / А.А. Горелов, Т.А. Горелова. - 4-е изд., стереотип. - М.: ФЛИНТА : МПСИ, 2011. - 416 с.

Этика. Шпаргалка; Окей-книга - Москва, 2011. - 553 c.

Похожие работы на - Принципы этической жизни: нигилизм

 

Не нашел материал для своей работы?
Поможем написать качественную работу
Без плагиата!