Тема: Сирийский кризис как дестабилизирующий фактор на Ближнем Востоке

  • Вид работы:
    Контрольная работа
  • Предмет:
    Мировая экономика, МЭО
  • Язык:
    Русский
  • Формат файла:
    MS Word
  • Размер файла:
    23,99 Кб
Сирийский кризис как дестабилизирующий фактор на Ближнем Востоке
Сирийский кризис как дестабилизирующий фактор на Ближнем Востоке
Вы можете узнать стоимость помощи в написании студенческой работы.
Помощь в написании работы, которую точно примут!













Контрольная работа

Сирийский кризис как дестабилизирующий фактор на Ближнем Востоке

Содержание

1. Причины Сирийского конфликта и участия в нем Ирана

2. Борьба за региональное лидерство в условиях войны в Сирии

3. Влияние Сирийского конфликта на позиции Ирана на международной арене

Список использованной литературы

1. Причины Сирийского конфликта и участия в нем Ирана

Правящим режимом в Сирии уже более сорока лет представлен династией Асадов. Во времена правления Хафеза Асада ситуация в стране была относительно стабильной. В 2000 году президентом был избран его сын, Башар Асад, что ознаменовало переход режима в стадию "квази-монархического изменения". В отличие от своего предшественника, который управлял страной "железным кулаком", Башар в своей инаугурационной речи указал на то, что наступило время реформ. В стране тешилась надежда, что молодой президент с западным образованием сможет начать курс по модернизации страны. Первый год правления был ознаменован открытием дискуссионных площадок, форумов, организаций по защите прав человека, а также амнистией политических заключенных. Этот период получил название "Дамасской весны". Однако уже в следующем году наметился обратный процесс. Начались аресты политически активных граждан. Несколько лет спустя по мере усиления международного давления на сирийские власти, обвиняемые в причастности к убийству ливанского премьер-министра Рафика Харири, оппозиционные группы подписали в 2005 году "Дамасскую декларацию", требуя демократических реформ. Известный сирийский юрист Анвар Аль-Бунни заявлял, что эта декларация демонстрировала существование альтернативы представителям партии "БААС", националистской и номинально социалистической партии, которая правила в Сирии больше, чем сорок лет. Двенадцать лидеров оппозиционного движения были приговорены к двум годам лишения свободы. Позднее был создан Комитет по координации демократических изменений, который включил в себя ряд оппозиционеров, действующих во время Дамасской весны, а также подписавших Дамасскую декларацию. Среди них, Мишель Кило, Хасан Аль-Азем и другие. Как видно, оппозиция начала оформляться за несколько лет до начала трагических событий. Спустя одиннадцать лет правления Башара Асада в Сирии начались народные волнения, которые в итоге привели к масштабной гражданской войне, продолжающейся до сих пор.

Несмотря на то, что война в Сирии продолжается седьмой год причины ее эскалации до сих пор вызывают исследовательский интерес. Можно условно выделить антизападную и либеральную точки зрения по вопросу причин возникновения сирийского конфликта. Приверженцы антизападной позиции делают упор на внешних факторах, которые сыграли ключевую роль в обострении внутренней ситуации в Сирии. Придерживаясь теории заговора, они полагают, что "…США стремится установить свою гегемонию над Сирией, лишить Иран ближайшего союзника в регионе, вытеснить Россию с Ближнего Востока". Первое объяснение кажется не совсем правдоподобным. Сирия в принципе не представляет для США прямого стратегического интереса. Что касается лишения Ирана важного союзника в лице Сирии, следует отметить, что падение режима Асада приведет не только к потере Сирии, но и к возможной утрате "шиитского полумесяца", который охватывает Иран, Ирак, Сирию и Ливан. Такой вариант развития событий может рассматриваться американским руководством, как шанс ослабить влияние Ирана в регионе, что также будет устраивать и монархий Персидского залива, сотрудничающих с США. С либеральной точки зрения причина Сирийского конфликта заключается в диктаторском режиме династии Асадов, против гнета которой народ начал борьбу. По мнению В. Пертеса, план Башара Асада заключался в модернизации авторитаризма в Сирии. Президент Сирии благоприятствовал созданию альтернативных избирательных округов, которые будут уравновешивать друг друга. Правящий режим также кооптировал новый союз технократов-реформаторов и класса предпринимателей, крупных бизнесменов, которые, находясь в зависимом положении от государства из-за возможностей получать государственные лицензии, контракты, субсидии, контролировать рабочий класс, не были заинтересованы в демократизации, поскольку это могло привести к блокированию экономической либерализации в стране, выгодной для бизнеса. Образовавшийся новый богатый средний класс участвовал в создании организаций гражданского общества, а также спонсируемых правительством негосударственных организаций. В свете этих событий, молодое поколение образованных предпринимателей, держателей бизнеса были "инкорпорированы" в режим, что препятствовало развитию демократических элементов. В то же время правящий режим предоставил свободу выражения взглядов индустрии кинематографа, которая спонсировалась проправительственными группами бизнесменов. В эту индустрию были вовлечены потенциальные политические активисты. Критика режима стала восприниматься более лояльно, однако не были исключены случаи выборочных репрессий. Таким образом, можно говорить о фиктивной, замаскированной демократизации страны, когда фактически доступ к власти имели только сторонники режима, а провозглашение неотъемлемых свобод граждан не обеспечивалось эффективной системой правовой защиты.

Внедрение глобальной сети Интернет и мобильной связи рассматривалось Асадом, который по совместительству являлся главой Сирийского компьютерного общества, как необходимый инструмент для экономической модернизации, используя его для мобилизации сторонников режима и легитимации власти.

Стоит также отметить, что правящий режим был заинтересован в развитии отношений с исламистскими деятелями, которые представляли серьезную угрозу партии "БААС" во время правления Хафеза Асада. Еще при его правлении были предприняты попытки усмирить радикально настроенных религиозных деятелей, прибегнув к сотрудничеству с умеренными представителями такого течения ислама, как суфизм. К примеру, Мухаммед Саид Аль-Бути, проповедовавший умеренный толк ислама, оказывал содействие государству в налаживании отношений с суннитским населением. Башар продолжил стратегию отца, рассматривая умеренный ислам, как противовес между исламистами и светской оппозицией. Так, в парламент вошел представитель модернистского движения Мухаммед Хаббаш, а также признание получила женская партия "Аль-Кабийасат", которая выступает за отделение ислама от политики. Эта партия призывала к конструктивной критике в рамках существующей системы и к акцентированию внимания на неполитические вопросы, к примеру, реформа Сирийского семейного законодательства, поэтому не представляла реальную угрозу для правящего режима. Кроме этого, улемам (исламским богословам) было разрешено управлять Исламскими финансовыми учреждениями для привлечения денежных потоков из стран Персидского залива. Несмотря на предоставленные правительством Сирии возможности участия в политической, экономической и социальной сферах, ислам находился под государственным контролем. Правительство назначало муфтиев и имамов в крупные мечети. Также режим использовал разногласия между суфиями и салафитами, консервативными имамами и модернистами, оказывая давление на одних и поддерживая других. Важным представляется факт, что после начала революции в Сирии на стороне режима по большей части выступали суфии, за исключением "Движения Зайда" (Zayad Movement). В поддержку оппозиционеров выступали сунниты-салафиты.

Еще одна теория, объясняющая корни возникновения конфликта, получила название "Случай Фарида Закария". По его мнению, проблема сирийской драмы кроется в создании искусственных государственных границ европейскими колониальными державами, что привело к смешению различных этносов и религий. Он сравнивает случай в Сирии с ситуацией в Ираке после свержения Хуссейна, когда, наконец, шиитское большинство добилось представительства во власти после долгих лет дискриминации и унижения со стороны суннитского меньшинства. В Сирии большинство населения представлены арабами суннитами, в то время как власть в стране принадлежит алавитам, представителям одной из разновидностей шиизма. Диктатура алавитов, несправедливое положение суннитов в сирийском обществе привело к началу протестных движений.

Новым взглядом на причины сирийской войны стала её увязка с климатическими изменениями. В течение 2006-2010 годов в Сирии была сильная засуха. К проблемам природного характера можно добавить неэффективную политику в области сельского хозяйства, чрезмерное использование водных ресурсов, неурожай. В сумме все вышеперечисленные факторы привели к миграции полтора миллиона жителей из сельской в городскую местность, что, в свою очередь, стало причиной социального кризиса и в итоге привело к восстанию против президента Башара Асада. Многие стали переселяться в районы, которые переживали и так высокий прирост населения (2,5 % в год) , что дополнялось огромным притоком беженцев из Ирака. В итоге, к 2010 году вынужденные переселенцы из пригородных районов и иракские мигранты составляли 20 % городского населения Сирии. Такие нерешенные проблемы, как безработица, преступность, слаборазвитая инфраструктура резко обострились. В этой связи можно согласиться с мнением Дж. Колдстоуна о том, что резкие демографические изменения могут способствовать росту нестабильности в стране и привести к внутреннему конфликту. К этому можно добавить пассивность политики и неэффективность правительственных мер в отношении возникшей ситуации.

К концу 2010 года результаты курса Асада по "модернизации авторитаризма" стали явными. Использование внешней угрозы как способ получения национальной легитимности, относительная либерализация экономики для привлечения капиталов, балансирование между различными социальными группами, получение поддержки у религиозных деятелей - все это на какое-то время создавало прочную основу для существования режима. Однако события "арабской весны" 2011 года, которые затронули сначала Тунис и Египет, не обошли стороной Сирию. Началось всё с мирных акций протеста, которые затем переросли во всенародное восстание после применения насилия против протестующих. Башар Асад последовал примеру своего отца, который в 1982 году военными методами подавил восстание, инициированное организацией "Братья мусульмане" в городе Хама. Тысячи мирных жителей, некоторые из которых не имели никакого отношения к протесту, были убиты. Такой "успешный" опыт подавления восстаний был применен и к демонстрациям 2011 года, однако это только ухудшило положение правящего режима и ввергло страну в кризис, который можно наблюдать до сих пор.

В скором времени сирийский конфликт был интернационализирован. Гражданская война превратилась в международный конфликт с участием различных акторов, которые преследуют свои интересы в этом кризисе. Ирак, как давний и ключевой региональный партнер Сирии, не мог проигнорировать события, происходящие в этой стране. Участие Ирана в гражданской войне Сирии вполне логично и закономерно. Сотрудничество двух стран началось в сложный для Ирана период, когда он находился в состоянии изоляции на Ближнем Востоке и был втянут в войну с Ираком. Так, с 1980-х годов начались тесные отношения между Сирией и Ираном. После победы Исламской революции задачей внешней политики Ирана было усиление влияние в арабском мире посредством поддержки радикальных шиитских групп. В конце 1980-х годов на территории Ливана с помощью Корпуса стражей Исламской революции Ирана была создана шиитская радикальная организации "Хизбалла" с первоочередной целью защиты южной границы от агрессии Израиля. Сирия стала транзитной территорией для поставки вооружения боевикам "Хизбаллы". Благодаря такому сотрудничеству странам удалось сдержать военное наступление израильских сил. Помимо этого, политические элиты Сирии и Ирана разделяют общую точку зрения на развитие региона, государственные идеологии сходятся в некоторых аспектах. Во времена духовного руководства Имама Хомейни Иран стремился распространить идеи своей революции по всему ближневосточному региону в целях достижения мусульманского единства, активно участвовал в арабо-израильском конфликте, подчеркивая, что это конфликт не только палестинцев, но и всех мусульман против сионистов. В то же время Сирия пыталась достичь арабского единства в регионе, преодолевая политическую фрагментацию арабских стран. Для обеих стран регион Ближнего Востока являлся стратегическим, а их союз представлялся как жизненно важный инструмент, чтобы заявить о себе в регионе и повлиять на уменьшение степени иностранного вмешательства в дела арабского востока. Хотя может возникнуть вопрос, как секулярный пан-арабский баасистский режим в Сирии и теократическое шиитское государство смогли создать прочный союз, который поддерживается до сих пор. Этот феномен можно объяснить тем, что зачастую государства с похожими идеологическими установками конкурируют друг с другом, нежели создают долгосрочные союзы. Иран, не являясь арабской страной, не претендует на роль лидера движения арабского национализма, в отличие от Сирии, которая считает себя "бьющимся сердцем Арабизма".

Интересным представляется цели, которые преследуют эти страны в своей внешнеполитической деятельности. Они отличаются друг от друга, но обуславливают стратегически важное значение Сирии и Ирана друг для друга. Такие ключевые установки, как сохранение правящего режима и обеспечение национальной безопасности, поддержание территориальной целостности являются общими для государств. Что касается национальной безопасности, то Иран и Сирия по-разному смотрят на её аспекты. Для Ирана под национальной безопасностью подразумевается возможность стать первым региональном "игроком" в Персидском заливе, а также быть уверенным в про-иранском правительстве Ирака, которое будет сдерживать анти-иранские силы. Говоря о Сирии, то её цели заключаются в возвращении Голанских Высот, оккупированных Израилем в 1967 году, и возможность иметь рычаги давления на ливанское правительство. Третий приоритет внешней политики, в случае Ирана, это защита исламских интересов, а в случае Дамаска, интересов арабского мира. В достижении этой цели сотрудничество Сирии и Ирана является взаимовыгодным: Иран поддерживает шиитскую Хизбаллу в Ливане, а Сирия - палестинскую организацию ХАМАС. Исходя из этого, союз Ирана и Сирии - это не просто союз шиитских режимов. Отношения Ирана с Сирией имеют своим фундаментом общие политические и стратегические вопросы.

сирия вооруженный конфликт война

Сирийско-иранский альянс пережил несколько стадий до начала трагических событий в Сирии. Как было отмечено ранее, двусторонние отношения начались с вторжением Саддама Хуссейна в Иран. С этого момента Сирия стала оказывать Ирану помощь. С дипломатической стороны, Сирия выступила против создания единого арабского фронта в поддержку Ирака на саммите в Аммане. Второй этап взаимоотношений продолжался с 1982 по 1985 года, который был отмечен как усилением ирано-сирийского альянса, так и трудностями в отношениях. Решение Ирана продолжить войну с Персидским заливом и окончательно покончить с режимом партии "БААС" в Ираке, ослабели влияние ирано-сирийской силы в регионе. Однако израильское нападение на Ливан в 1982 году стало очередным сигналом о желании Тегерана продолжать союзнические отношения с Дамаском. С 1985 года начинается третий этап в истории двусторонних отношений. После элиминации угрозы со стороны Тель-Авива, начались разногласия между Сирией и Ираном по поводу политического будущего Ливана. Сирия выступала за формирование светского правительства, которое находилось бы под влиянием сирийского режима, а Иран предлагал создание теократической системы управления по иранскому образцу. В этом же году были столкновения между про-иранской Хизбаллой и про-сирийской организацией Амаль. Однако странам все же удалось "…расставить приоритеты в своих интересах, преодолеть различия, заново определить параметры сотрудничества на период 1985-1988 годов, тем самым добившись зрелости и консолидации союза".

Период с 1988 по 2003 год отмечен дальнейшим усилением сотрудничества между странами. Поражение Ирака в 1991 году в Кувейтском кризисе положительно отразилось на укреплении сирийско-иранских связей. В этом же году началось совместное производство баллистических ракет. Сирия и Иран также продолжали поддержку ХАМАСа и Исламского джихада в борьбе за освобождение палестинских территорий, что тормозило проведение успешных мирных переговоров по урегулированию арабо-израильского конфликта. С момента вторжения американских вооруженных сил на территорию Ирака сотрудничество продолжило активизироваться. Обе страны поддерживали намерение США свергнуть режим Хуссейна. Однако скорость, с которой американские военные успешно проводили операции, вызвала опасения у Сирии и Ирана, что они будут следующими мишенями Администрации Буша. В этой связи, страны стали оказывать помощь внутренним силам Ирака. Ни Сирия, ни Иран не хотели эскалации гражданской войны в Ираке, поскольку это угрожало стабильности и безопасности всего региона.

Таким образом, существовало множество предпосылок участия Ирана в сирийском конфликте. Тесные взаимовыгодные отношения, история которых начинается с 1980 года; стратегическое значение стран друг для друга, достижение национальных интересов через двустороннее сотрудничество предопределили вмешательство Ирана во внутренние дела Сирии. Несмотря на идеи распространения иранской модели управления государством и установления справедливого исламского правления, Иран смог поставить эти идеологические установки на второй план, отдав приоритет национальным интересам в регионе.

2. Борьба за региональное лидерство в условиях войны в Сирии

Сирийский кризис усилил существующую конкуренцию за влияние в регионе между Ираном и арабскими монархиями Персидского залива. События, происходящие в Сирии, требует от Ирана большие затраты как людских, так и финансовых ресурсов. Денежные вложения в поддержку режима Башара Асада достигают около шести миллиардов долларов в год.

Борьба за региональное влияние началась при свержении режима Саддама Хуссейна в Ираке. Именно тогда арабские страны заговорили о возможности формирования "шиитской дуги" или "шиитского полумесяца", под влиянием которого будут находиться Ирак, Сирия и Ливан. В этом союзе Сирия, как было проанализировано ранее, играет ключевую роль, потеря которого может обернуться негативными последствиями для Ирана. Как заявил Саид Джалили, глава иранского Совета по национальной безопасности: "То, что происходит в Сирии, не является внутренней проблемой, это конфликт между осью сопротивления и ее врагами в регионе и мире. Иран не смириться, ни в какой форме, с разрывом оси сопротивления, в которой Сирия играет существенную роль". Эта официальная позиция иранского руководства подтверждается словами старшего советника Верховного лидера по международным делам Али Акбара Велаяти о том, что Сирия - это золотое кольцо цепи сопротивления против Израиля. Таким образом, иранские власти видят в борьбе за Сирию противостояние против Израиля и его союзника США. Помимо этого, сохранение нынешнего сирийского режима позволит Ирану продолжать развивать сотрудничество с шиитами арабских стран, что предоставляет ему возможности влиять на события в регионе. Можно согласиться с Патриком Силом, который в своей работе "Борьба за Сирию", указал, что тот, кто мечтает контролировать Ближний Восток для начала должен склонить на свою сторону Сирию. Персидские монархии понимают, что им нельзя упускать Сирию из своего вида, поскольку в противном случае они проиграют борьбу за лидерство на Ближнем Востоке.

Таким образом, присутствие иранской стороны в сирийском кризисе следует рассматривать не как внешнеполитические амбиции страны, а как важный элемент региональной стратегии.

Не возникает сомнений, что вооруженное противостояние в Сирии сказывается на региональных позициях как Ирана, так и монархий Персидского залива, в частности Саудовской Аравии. Для Исламской республики события в Сирии ставят под удар дальнейшее существование режима Башара Асада. Если падет его режим, то можно предположить, что власть окажется у суннитского большинства, по крайней мере, арабские монархии сделают все возможное, чтобы новый правящий режим Сирии был суннитским и отвечал интересам Персидского залива. Как отметил Джордж Фридман: Саудовская Аравия, "…потеряв суннитский противовес иранскому правительству в регионе с падением режима Саддама Хуссейна и установлением шиитского правительства в Ираке, видит в возможности установления суннитского режима в Сирии значительное усиление своей национальной безопасности". Однако нужно учитывать фактор присутствия радикальных исламистских группировок, которые также могут побороться за власть после ухода Асада. Приход к власти такой силы, даже суннитской, может создать угрозу режимам арабских монархий. К примеру, "Исламское государство Ирака и Леванта" не признает саудовский королевский режим легитимным. Несмотря на существующую угрозу, радикальные оппозиционные группы имеют доступ к частному финансированию в основном из Кувейта и ОАЭ. Это ведет к усилению процесса радикализации оппозиции в борьбе за источники финансирования. Также следует отметить и военное вмешательство Эр-Рияда в Бахрейн для подавления шиитских восстаний. Эти меры имеют одну цель - ограничить распространения влияния Ирана на Ближнем Востоке. Вскоре после начала столкновений между оппозицией и правительством, Саудовская Аравия совместно с Катаром договорились о прекращении членства Сирии в Лиге арабских государств (ЛАГ). В настоящее время можно говорить о том, что цель свергнуть про-иранский режим Асада является первоочередной во внешней политике Саудовской Аравии. Поддержка арабского королевства заключается не только в финансировании оппозиционеров, по большей части Свободной сирийской армии, но и усилить политическую оппозицию Асаду. В ослаблении режима Асада королевство видит ослабление шиитской оси. Ликвидация этой шиитской цепи изолирует Иран и Хизбаллу, ограничит региональное влияние Ирана и превратит Саудовскую Аравию в гегемон на Ближнем Востоке. Несмотря на борьбу за изменение баланса сил в регионе, противостояние Саудовской Аравии и Ирана не переходило в форму открытого вооруженного столкновения. Обе стороны используют пропаганду в СМИ, оказывают материальное обеспечение враждующим лагерям в Сирии и т.д. Можно привести такой пример: Иран оказывает определенное влияние на саудовских шиитов, а Саудовская Аравия в свою очередь поддерживает связи с народом Белуджи и арабским меньшинством в Хузестане. В настоящее время трудно говорить о возможности консенсуса между арабским королевством и Исламской республикой. Страны пока не в состоянии выработать общую стратегию по урегулированию кризиса, поскольку каждая из сторон рассматривает события в Сирии как игру с нулевой суммой. Ситуация осложняется разрывом дипломатических отношений между двумя государствами в 2016 году, однако этот разрыв "…лишь косвенно повлияет на международные переговоры по Сирии, поскольку сирийский конфликт - это конфликт этно-конфессиональный в первую очередь".

Сирийский кризис в определенной степени подрывает имидж Ирана в регионе. Так, отношения обострились с палестинской организацией ХАМАС, Братьями Мусульманами в Египте, которые не разделяют позиции Ирана по поддержке "тиранического" режима Асада. Один из религиозных деятелей в Египте призвал всех суннитов объединиться против Ирана и Хизбаллы, которую назвал "Партией сатаны". Плюс ко всему, непосредственное военное участие Хизбаллы в сирийских событиях вызвало недовольство в Ливане даже среди шиитского населения. Можно предположить, что дальнейшая активность Тегерана в борьбе за "колыбель цивилизаций" - Сирию, приведет к усилению напряженных отношений с указанными региональными игроками. Однако как заявляет представитель от ХАМАСа, разногласия по поводу конфликта в Сирии не препятствуют сотрудничеству в остальных сферах, так, Иран и ХАМАС продолжают предпринимать скоординированные меры для поддержания палестинского сопротивления против сионистов.

Иран в ходе гонки за региональным лидерством приобрел ряд преимуществ, благодаря достижению договоренностей по иранской ядерной программе в Вене. Находясь под гнетом санкций с 1979 года, испытывая серьезные внутренние экономические трудности, Иран все равно спонсировал сирийский режим, свои союзные силы. Чтобы укрепить свои позиции и уменьшить изоляцию в регионе, Иран стал прибегать к дипломатии. Успешное проведение переговоров с постоянными членами Совета безопасности ООН и Германией по ядерной программе означает новые возможности для Ирана увеличить финансовую и дипломатическую поддержку союзникам в регионе, а также ведет к построению доверительных отношений со странами Запада. Снятие санкций приведет к оживлению иранской экономики и притоку капитала, инвестиций в страну. Чем сильнее и богаче Иран, тем сильнее и богаче Сирия. Таким образом, мы видим, что вопреки идеологическим установкам внешней политики Ирана, закрепленными еще при духовном руководстве Хомейни, Иран в некоторых вопросах отходит от консервативного, временами конфронтационного курса, переходя к гибкой внешнеполитической стратегии. Однако стоит отметить, что случай с Сирией особенный, поскольку в формировании внешней политики в отношении этой страны главную роль играет Верховный лидер Хаменеи и Корпус стражей Исламской революции. К примеру, были случаи, когда Совет экспертов приглашал генерала элитного отряда КСИР "Кодс", Касема Солеймани, выступить с речью о ситуации в Сирии, а также в Ливане и Ираке. "Это довольно необычное приглашение, отражающее центральную роль Солеймани в политике по отношению к этим странам".

Интересным представляется такая точка зрения - кризис в Сирии имеет и положительные эффекты для Ирана. Сирийский конфликт "снижает возможности других региональных конкурентов балансировать против Ирана или фокусироваться на своих региональных амбициях, а также отводит внимание Запада от иранского ядерного досье".

Борьба за региональное лидерство между Ираном и странами Персидского залива будет продолжаться после окончания войны в Сирии. Дело в том, в Сирии их конкуренция проявляется наиболее остро, хотя существует и другие сферы столкновения интересов, к примеру, в Йемене и Бахрейне. Исламская республика продолжит поддерживать сирийский режим, возможно даже увеличив свою помощь. Падение режима Башара Асада станет огромной неудачей политики Ирана на региональном уровне. Это станет серьезным ударом по идеологии Ирана и его ключевым внешнеполитическим задачам. Иран лишиться возможности спонсировать Хизбаллу в Ливане, что позволяет ему влиять на ливанское правительство, а также позиции Ирана в арабо-израильском конфликте будут подорваны. Исходя из слов президента Ирана Х. Рухани, цель Исламской республики Иран заключается в укреплении отношений с Сирией, несмотря на все трудности. Глубокие, стратегические и исторические отношения между народом Сирии и Ирана не будут подорваны ни одной силой в мире. Иран сделает все возможное, чтобы убедиться, что Асад останется у власти.

Бесспорно, сирийско-иранский союз переживает тяжелое время, но история показывает, что этот союз способен выстоять перед глубокими кризисами на Ближнем Востоке. Монархии Персидского залива, преследуя цель элиминировать иранское влияние в регионе, продолжат свое участие в сирийском конфликте, стремясь установить суннитский режим после ухода Асада. Трудно не согласиться с П. Стилом, который сказал, что тот, кто контролирует Сирию или же наслаждается особыми дружескими отношениями с ней, может изолировать другие арабские страны.

3. Влияние Сирийского конфликта на позиции Ирана на международной арене

Сирийский кризис в определенной степени подрывает региональные позиции Ирана, что ухудшается наличием существенной угрозы региональной безопасности и стабильности со стороны террористической организации "ИГИЛ". Однако не следует игнорировать тот факт, что глобальные позиции Исламской республики Иран за последнее время также претерпели изменения.

В последнее время иранское руководство стало опасаться, что Сирия останется ареной противостояния различных политических фракций, религиозных и этнических групп, даже если Асад сохранит свою власть. Необходимость мирного урегулирования кризиса в настоящее время является самой важной задачей. Иран стремится достичь международно признанного решения насущной проблемы, учитывая такие основополагающие принципы, как защита меньшинств, прозрачные демократические выборы, стабильность, борьба с джихадистами, окончание насилия. Иранское руководство всегда подчеркивало, что решить сирийский конфликт возможно путем мирных переговоров, дипломатии. Однако отношения Ирана с Западом находились в состоянии "холодной войны". Здесь сказывается и режим санкций против Ирана, начавшийся в 1979 году. Исходя из этого, в 2012 году Иран не был приглашен на переговоры по сирийскому вопросу под эгидой ООН в женевском формате. США и сирийская оппозиция категорически были против участия Ирана в переговорном процессе. Однако Иран, являясь основным региональным партнером Сирии, может повлиять на ход урегулирования конфликта. Действительно, можно взять к примеру, Боннскую конференцию по Афганистану, состоявшуюся в 2001 году, когда Иран смог убедить афганскую оппозицию принять план политического устройства страны после Талибана, разработанный США. Исламская республика официально заявляет, что, постарается воспользоваться любым шансом для улучшения отношений с Западом, особенно в вопросе борьбы с Исламским государством. Однако политическая элита Соединенных Штатов уверена во враждебном настрое Ирана, тем более что внешнеполитический курс в конечном счете определяется не президентом, а Рахбаром Али Хаменеи. С этим можно поспорить. В апреле 2015 года Хаменеи точно обозначил намеренность Ирана сотрудничать с Америкой в региональных вопросах.

При президентстве Ахмадинежада отношения Ирана с внешним миром были напряженные. В течение этого периода Запад использовал по отношению к Ирану "политику сдерживания", стремясь поставить Иран в изолированное положение на международной арене. С приходом к власти Рухани, который отличался менее консервативными взглядами, США сменили свою внешнеполитическую стратегию на "политику вовлечения". Несмотря на разные подходы в решении сирийской проблемы, на конкуренцию Ирана с монархиями Персидского залива, сотрудничающих с Западом, США начали процесс ре-интеграции Ирана в мировую экономику и политику. В 2015 году Иран наконец-то получил возможность принять участие в переговорах по Сирии, которые прошли в Вене. Инициирование процесса по отмене санкций против иранского режима превращает Иран в полноправного участника международных отношений с большим экономическим и политическим потенциалом. Однако кажется парадоксальным, но США ввели новые санкции против Ирана за реализацию программы по созданию баллистических ракет. Президент США Барак Обама заверил, что его правительство продолжит противостоять дестабилизирующей активности Ирана, которая угрожает Израилю и союзникам в Персидском заливе. 16 января 2016 года состоялось не менее важное событие в истории Ирана и всего региона - начало реализации Совместного комплексного плана действий, то есть соглашения по иранской ядерной программе, которое признало право Ирана на мирный атом. Буквально через неделю президент Ирана нанес визит в Европу, в частности в Италию и Францию. Эти встречи закончились подписанием пакета соглашений по сотрудничеству в различных сферах, в основном в торгово-экономической области. Если говорить об общем тренде в отношениях Ирана с западными странами, то наблюдается заметное потепление. Об этом заявил госсекретарь США Джон Керри. "В качестве оправдания изменения позиции правительства Обамы по поводу ИРИ <…> сказал о том, что Россия и Иран подготовили почву для принятия политического решения по урегулированию сирийского кризиса". На Генеральной Ассамблеи ООН Барак Обама отметил, что Соединенные Штаты готовы сотрудничать с любым государством, включая Россию и Иран, для решения конфликта, но необходимо понимать, что возврата к довоенному статусу-кво не предвидеться.

Несмотря на постепенную реабилитацию политического и экономического положения Ирана в мире, Иран не был приглашен к участию ни в американской коалиции против ИГИЛ, ни в исламской коалиции, возглавляемой Саудовской Аравией. Сирия и Ирак, как союзники иранского режима, также не были включены в коалицию мусульманских стран для координаций действий по борьбе с терроризмом. Возникает вопрос, какую цель преследует эта коалиция: борьба с общим врагом либо же реализация стратегических национальных интересов каждой страны-участницы. Высказываются мнения, что эта антитеррористическая коалиция представляет собой политический проект, направленный против Ирана, и который не будет предпринимать конкретные действия в ближайшее время. Так, Г. Косач, профессор, специалист по Саудовской Аравии, не исключает, что Эр-Рияд "пытается активизировать деятельность "Организации исламского сотрудничества" для того, чтобы противодействовать Ирану". Выступать совместно с силами Соединенных Штатов представляется на данный момент невозможным. Позиция Запада в отношении будущего Сирии непреклонна - Асад должен покинуть пост президента. Можно предположить, что Иран вряд ли будет связывать себя узами союза против ИГИЛ со страной, которая выступает за свержение про-иранского режима в Сирии. Такая настойчивость и непреклонность Запада тормозит и переговорный процесс по решению сирийского вопроса.

Исходя из вышеизложенного, единственными союзниками Ирана в мире и в регионе остаются Ирак, Сирия и Россия. Была создана антитеррористическая коалиция с руководящей ролью России, включающая Ирак, Сирию и организацию "Хизбалла". События "арабской весны", возникновение ИГИЛ выявили схожесть позиций Ирана и России в регионе, что дает пространство для стратегического сотрудничества. И иранская, и российская сторона видели в поддержке Западом восстаний на Ближнем Востоке попытку ослабить влияние Ирана и России в регионе, продемонстрировать несостоятельность политической системы Ирана. У двух стран есть общий интерес противодействовать развитию однополярного мира с гегемонией США. Достижение соглашения по иранской ядерной программе, начала снятия санкций дают новый импульс для развития ирано-российских отношений. Советник Верховного лидера Ирана по международным делам Али Акбар Велаяти подчеркнул, что Россия является важнейшей страной, чья точка зрения на мировые события имеет особое значение, поэтому Москва и Тегеран должны сотрудничать для установления "более справедливой системы мироустройства".

Однако усиление стратегического союза между Ираном и Россией можно поставить под вопрос. Пресс-секретарь Дмитрий Песков отметил, что Иран и Россия продолжают развивать дружеские отношения, но говорить о новой парадигме в двусторонних отношениях пока невозможно. Замораживание сделки со стороны России о поставке системы противоракетной обороны С-300 Ирану в 2010 году из-за введенных санкций против иранской ядерной программы также свидетельствует о том, что движущей силой в ирано-российском союзе является не общий взгляд на систему международных отношений, а схожесть интересов по ограниченному кругу вопросов. В условиях продолжающейся войны в Сирии ирано-российский альянс будет наращивать сотрудничество в целях борьбы с радикальными группировками, действующими на территории Сирии, и скорейшего достижения решения по вопросу будущего этого государства.

Подводя итог, можно сказать, что глобальные позиции Ирана в условиях Сирийского кризиса отличаются неоднозначностью. С одной стороны, можно наблюдать потепление в отношениях с западными странами, о чем свидетельствуют международное признание права Ирана на мирный атом и начало процесса по снятию анти-иранских санкций. С другой стороны, непримиримость позиций США и Ирана по вопросу Сирии, не включение Ирана в коалиции против ИГИЛ говорят о пока существующем недоверии к иранскому режиму со стороны международного сообщества. В то же время сотрудничество России и Ирана переживает новый этап с перспективами расширения политических и экономических связей.

Список использованной литературы

1.القرآن الكريم (رâےùهييûé تîًàي). - URL: <#"justify">ؤàييûه èيôîًىàِèîييûُ àمهيٌٍٍâ:

3.ءîمنàيîâ ق. رàَنîâٌêàے "àيٍèٍهًًîًèٌٍè÷هٌêàے" êîàëèِèے ٌîçنàيà ïًîٍèâ ذîٌٌèè è بًàيà // ؤهëîâàے مàçهٍà "آçمëےن", 2015. URL: <#"justify">ذàçىهùهيî يà Allbest.ru

Похожие работы

 

Не нашел материала для курсовой или диплома?
Пишем качественные работы
Без плагиата!