Заказ дипломной. Заказать реферат. Курсовые на заказ.
Бесплатные рефераты, курсовые и дипломные работы на сайте БИБЛИОФОНД.РУ
Электронная библиотека студента


















Роль отца и матери в воспитании ребенка



Родительство как социальный институт


Основная цель - раскрытие различных подходов к анализу феномена родительства, объясняющих специфику отношения к ребенку, распределение обязанностей в воспитании между мужчиной и женщиной. Необходимо показать важность, но и ограниченность этих подходов, рассматривающих проблему лишь с одной точки зрения. В этом смысле нужно продемонстрировать, что гендерная роль - это всегда взаимосвязь внешней схемы поведения и внутренних, неявных мотивов, детерминирующих данное поведение, что делает схожим понятие гендерной роли с понятием мифа.

Изучение института родительства приводит исследователей в первую очередь к вопросу о мотивации родительского поведения. Рассмотрим несколько точек зрения по данной проблеме.

Исследование различных видов животных приводит биологов к выводу о том, что очень важную роль в детерминации степени и содержания родительской заботы, в дифференциации материнских и отцовских функций играют экологические условия, среди которых можно выделить ряд факторов: стабильная, структурированная среда, способствующая К-отбору (тип естественного отбора, характерный для видов, живущих в стабильной среде обитания, которая позволяет поддерживать более или менее устойчивый уровень популяции); возможность и необходимость пищевой специализации, а также охотничий образ жизни. Все эти факторы в сочетании друг с другом или по отдельности могут благоприятствовать усилению родительской заботы. Но как ни существенны филогенетические предпосылки родительства, биология не объясняет специфику родительского поведения, его мотивации и институализации у человека.

Сравнительно-исторические исследования по истории детства (наиболее известны работы Ф. Ариеса, Л. де Моз и др.) показывают, что родительская любовь - продукт длительного и весьма противоречивого исторического развития.

Например, Л. де Моз в своей работе «Эволюция детства» выделяет шесть этапов детско-родительских отношений, связанных с историческим развитием общества:

стиль детоубийства (античность, до IV в. н. э.);

оставляющий стиль (IV-VII вв. н. э.);

амбивалентный стиль (XIV-XVII вв.);

навязывающий стиль (XVIII в.);

социализирующий стиль (XIX в. - середина XX в.);

помогающий стиль (с середины XX в.).

В основе того или иного стиля воспитания лежат как субъективные, так и объективные факторы. Автор выделяет три способа, или их сочетание, реагирования родителей, когда они остаются один на один с ребенком. Взрослый может использовать ребенка как сосуд для проекции содержания своего собственного бессознательного; он может использовать ребенка как заместителя фигуры взрослого, значимого для него в его собственном детстве; он может сопереживать потребностям ребенка и действовать, чтобы удовлетворить их. В этом смысле изменение отношения к детям связано со сложным переплетением мотивационных факторов: с одной стороны, можно говорить о «взрослении» человечества, связанного с преодолением тревог и страхов в отношении к ребенку как к чужому, непонятному существу. С другой стороны, можно говорить об объективных факторах, то есть тех условиях, которые существуют в обществе в определенный исторический период.

Одной из наиболее популярных философских концепций нашего времени (до определенных политических событий 1980-х годов в нашей стране) была марксистская концепция истории. Для марксистов одним из важнейших вопросов всегда оставался вопрос о разделении труда, в связи с чем выдвигалась идея о «природном предназначении» женщины. Материнство рассматривалось в ней как социально, психологически и биологически предопределенная «природная функция» женщины, без которой невозможно воспроизводство индивидов. Такое заключение марксисты выводили из тезиса о «доисторическом» (существовавшем в первобытных обществах) разделении труда, при котором мужчины охотились, обеспечивали семью, а женщины занимались детьми. Таким образом, разделение семейных обязанностей, а соответственно, и воспитательных ролей связывалось с необходимостью разделения трудовых функций, хотя вопрос о том, как воспроизводились в общественных отношениях представления о материнстве, не рассматривался.

Исследования этнографов и культурологов (классической считается работа Маргарет Мид «Культура и мир детства») приводят ученых еще к одной идее: особенности функции отца и матери лишь отражают нормативные представления и образ жизни, существующие в данном обществе.

Таким образом, психологические, философские, культурологические исследования дают возможность сделать вывод о том, что институт родительства - это в большой мере продукт социального конструирования или следствие традиций того или иного общества или социальной группы, а не только следствие биологической предопределенности. Развивая далее эту точку зрения, говорят также о важности анализа механизмов, причин, определяющих именно такое структурирование ситуации.

Но, видимо, возможен и другой подход к пониманию проблемы родительства и осмыслению приведенных выше концепций. Марксистская концепция, культурологические исследования широко используются как основа для исследования материнских и отцовских ролей в связи с особенностями экономического положения семей и родительских стереотипов. Данные подобных исследований показывают, что всегда существует несколько альтернативных моделей ролевого поведения и распределения функций. В исследовании по психоистории родительства Л. де Моз отмечает, что можно выделить преобладающий тип отношений, но это не отвергает вариативности отношений, существующих в каждую эпоху. Очевидно, что все эти концепции показывают внешнюю схему, сюжет взаимоотношений, которые меняются в зависимости от выбранного основания классификации (отношение к матери, экономические отношения, стереотипы отцовства, материнства). Видимо, каждый раз в этом случае выхватывается какая-то часть из целостной системы семейных взаимоотношений, что позволяет говорить о мифологичности этих концепций.

Примечательна в данном случае точка зрения А. Ф. Лосева, который вводит понятия мифа как бытия личности, ее лика и формы. Интересным здесь является понимание живой личности как мифа. Личность всегда мифологична, потому что в ней преодолевается противопоставление внешнего и внутреннего как результат усилий по преодолению противоположностей внутреннего и внешнего в самом себе. В этом смысле личностный миф - это средство, система опосредования, определяющая систему взаимоотношений с миром.

По словам Р. А. Джонсона: «Миф может быть фантазией или продуктом воображения, оставаясь при этом истинным и адекватным реальности. Он воплощает в себе множество граней и уровней бытия, включающего как внешний рациональный мир, так и менее постижимый мир внутренний» [3, с. 6].

В этом смысле семейные отношения всегда мифологичны: есть видимый, рациональный мир семьи, который открыт взору наблюдателя, но есть и те внутренние силы, которые определяют развитие, стабильность, ее распад, характер тех задач, которые решает каждый из членов семьи: мама может быть «Золушкой», ребенок может восприниматься как «Дед Мороз», а папа играть роль злого «Карабаса» и т. п. И каждый раз это будет какой-то процесс личностного становления, решения какой-то внутренней задачи, которую, часто не формулируя, личность пытается решить. В этом смысле семья - это всегда процесс, процесс в разных его проявлениях, но, кроме того, это всегда индивидуальный вариант мифа.

Концепция мифа может быть полезной в том отношении, что определение мифа предполагает целостность, целостную картину события, что делает возможным любой перебор ролей. При этом история мифа всегда субъективна, а следовательно, нет оснований для рациональных объяснений жизненных проявлений, поскольку любое основание мифологично.


Проблема материнства в отечественных и зарубежных исследованиях


Как понятие материнской, так и понятие отцовской роли зависит от самых разных факторов, а биологический фактор не является в данном случае фатальным.

Различия в строении тела мужчины и женщины определяют способность женщины к репродукции. В мужском жизненном цикле нет аналога такому событию, как роды. Женщина-мать значительно теснее отца связана со своим ребенком (ребенок развивается в организме матери, мать вскармливает его в первый год жизни). Поэтому социологи и психологи склонны подчеркивать биологические детерминанты материнской роли.

В отечественной психологии значительное место отводится понятию инстинкта материнства и проблеме девиантного поведения матери как нарушению природной функции женщины. Названия публикаций отечественных авторов говорят сами за себя: «Влияние семейных факторов на формирование девиантного поведения матери» (В. И. Брутман, А. Я. Варга, И. Ю. Хамитова); «Некоторые результаты обследования женщин, отказывающихся от своих новорожденных детей» (В. И. Брутман, М. Г. Панкратова, С. Н. Ениколопова); «Психологическая работа с женщинами, отказывающимися от новорожденных детей» (М. Ю. Колпакова) и т. п.

А. И. Захаров, например, выделяет ряд факторов развития инстинкта материнства:

прообраз материнства;

желание иметь детей, установка на них;

положительный отклик на беременность;

нежность к зарождающейся жизни;

чувство жалости и сострадания к ребенку;

чувство близости с ним;

эмоциональная отзывчивость матери.

Очевидно, что такое внимание к роли женщины-матери связано с особенностями русской культуры. Для православия достаточно важен культ Богородицы - святой Марии именно и, прежде всего, как матери Бога, а не в других аспектах этого образа, как видно из самого наименования; образ этот не мог не оказывать влияния на восприятие женщины в русской культуре. Причем чем ближе процесс по своему характеру к подвигу, мученичеству, тем выше самоуважение женщины и тем положительнее оценивают ее окружающие - в духе почитания святых. В русской культуре в советском ее варианте мужчина отец естественным образом отсутствует, у него другие задачи; материнская же функция всегда подчеркивалась и превозносилась. Автор ряда работ по проблемам социологии культуры А. Левинсон показывает следствия такой политики: «огосударствленная и заполненная исключительно женщинами машинерия воспроизводства и социализации создавала все более некачественных мужчин», что не замедлило проявиться в социуме. «Роль отца в позднесоветский период снизилась до неведомого отечественной истории минимума, - продолжает автор. - Писатели, психологи и педагоги, предрекавшие тяжелые последствия массовой безотцовщины, оказались правы. Такого взлета организованной преступности и организованного насилия, который пришелся на начало 1990-х годов, страна не знала полвека. А новая организованная преступность, заметим, генетически возникла из двух источников - молодежных "группировок" и дедовщины. И то и другое представляет собой механизм социализации подростков, заменивший феминизированные институты семьи и школы в деле превращения подростка в мужчину».

Создается такое впечатление, что тема отцовства в исследованиях психологической и социологической отечественных школ избегалась, да и сейчас редко встретишь научные работы, посвященные этой проблеме, несмотря на то что появляются труды, анализирующие традиции, особенности культуры, ситуацию в советский и перестроечный периоды отечественной истории. Женский же образ однозначно ассоциируется с материнским, превращая женщину, таким образом, в «машину» по воспроизводству.

Для западных исследователей внимание к проблеме материнства связано с интересом к психоаналитическим интерпретациям детства и детских переживаний. По словам Н. Л. Пушкаревой, «психоанализ дал исследователям язык, на котором стали общаться многие, изучающие семейные отношения». Особенно интенсивно феномен материнства стал исследоваться в послевоенное время: роды, кормление ребенка, психика менструирующих женщин становятся объектом пристального внимания исследователей. Рядом ученых (в том числе Э. Эриксоном, К. Хорни, Д. Пайнз, Д. В. Винникотом и др.) была показана значимость рождения ребенка как кризисного, переломного момента в становлении женской идентичности. Желание иметь ребенка, специфика психологического протекания беременности, особенности общения с ребенком связывались со спецификой переживания отношений со значимым взрослым самой женщины. Кроме того, была показана значимость взрослого (в большей степени матери, так как именно она более тесно связана с ребенком в первые годы жизни) на ранних этапах становления ребенка для его интеллектуального и личностного развития.

Начиная с 1980-х годов женщины-исследователи, придерживающиеся феминистских взглядов, стремились показать, что именно женская способность к деторождению и была базисной основой социальной и культурной дискриминации женщин. Безусловно, на изменение взглядов относительно материнства повлияли теории К. Мангейма, П. Бергера и Т. Лукмана. Два наиболее известных произведения, написанных с позиций социального конструктивизма - А. Рич «Рожденная женщиной» и Н. Чодоров «Воспроизведение материнства», - призваны подтвердить положение о том, что характер материнства во все времена был сложно конструируем общественными ожиданиями [17]. «Пол, - как подчеркивал Н. Чодоров, - это действительно биологическая данность, константа, но все, что с ним связано, - это приписанный (аскриптивный) статус».

Еще одним источником нового отношения к проблеме материнства послужили работы философов-постмодернистов (в особенности французских постмодернистов и постструктуралистов Ж. Деррида, Ж. Ф. Лиотара, Ж. Делеза). Влияние этих новых идей на исследования материнства в философских и психологических концепциях можно рассматривать в различных направлениях. Но, видимо, основным можно считать лингвистический переворот, под которым понимается особое внимание к языку, к слову, к анализу содержания понятий и категорий. В рамках лингвистического переворота возникла и удобная дефиниция «практики речевого поведения» - дискурса. Исследователи материнства 1990-х годов (Ю. Кристева, Л. Иригаре, Дж. Батлер и др.) немедленно заговорили о различии дискурсивных ролей материнства доиндустриальной, индустриальной и постиндустриальной эпох, об особенностях так называемого женского письма.

Таким образом, в западной традиции в последние десятилетия наблюдается тенденция к рассмотрению материнства как социального явления, некоторого социального конструкта, который формируется под влиянием общества, его различных социальных институтов. В западных исследованиях прослеживается важная идея о том, что «фемининность» и «маскулинность» - это символические конструкции, не связанные с биологией, что и обусловливает множественность, противоречивость проявлений мужчин и женщин.

Однако, возможно, более справедливым в этом контексте будет замечание М. Мид: «Имеющиеся в нашем распоряжении данные показывают... Мужчинам надо прививать желание обеспечивать другого, и это поведение, будучи результатом научения, а не врожденным, остается весьма хрупким и может довольно легко исчезнуть при социальных условиях, которые не способствуют его сохранению. Женщины же, можно сказать, по самой своей природе являются матерями, разве что их специально будут учить отрицанию своих детородных качеств. Общество должно исказить их самосознание, извратить врожденные закономерности их развития, совершать целый ряд надругательств над ними при их воспитании, чтобы они перестали желать заботиться о своем ребенке, по крайней мере, в течение нескольких лет, ибо этого ребенка они уже кормили в течение 9 месяцев в надежном убежище своего тела».

В заключение можно сказать: формирование женщины как матери - процесс достаточно сложного индивидуального и социального развития. Именно особенности индивидуального развития женщины будут во многом определять ее отношение к ребенку.


Подходы к пониманию отцовства


Как уже отмечалось выше, материнство женщины определено биологически, хотя ожидания от поведения матери во многом связаны с традициями, историческими условиями. Если неправомерна биологизация материнства, то тем более историческим является институт отцовства.

Э. Фромм в своей работе «Искусство любви» рассуждает о двух типах родительской любви: материнской и отцовской, высказывая идею о том, что материнская любовь безусловна и ее не надо заслуживать, так как мать выносила и родила ребенка, реализовав, таким образом, свою потребность, тогда как отцовская любовь обусловлена, ее надо заслужить, а для этого соответствовать требованиям, традициям, нормам. Хотя впоследствии автор отмечает, что данные типы скорее идеальны, чем реальны.

Эти рассуждения подводят к вопросу: каковы соотношения биологических и социокультурных детерминант материнской и отцовской ролей?

Наблюдения за поведением родителей по отношению к новорожденным, к ребенку, находящемуся в затруднительном положении (плачущему от ушиба или растерявшемуся от неожиданности) показывают, что психофизиологические реакции, сопровождающие эмоции, одинаковы у мужчин и женщин. Наблюдения за поведением взрослых в аналогичных ситуациях говорят о неоднозначности результатов. «Они зависят в первую очередь от присутствия других людей. Чем больше посторонних наблюдают за опытом, тем более активно ведет себя женщина, тогда как мужчину, наоборот, присутствие других людей сдерживает. Но если испытуемый находится с ребенком один на один, различия между поведением мужчин и женщин исчезают. Кроме того, поведение взрослых зависит и от характера переживаний ребенка: чем они «ближе к жизни» (реальный ребенок упал и ушибся), тем меньше разница между тем, как ведут себя мужчина и женщина. Чем более абстрактно представлены детские чувства (например, рисунок плачущего ребенка), тем сдержаннее мужчины». Судя по этим экспериментам, эмоции мужчин и женщин в ситуации сопереживания ребенку, по-видимому, мало различаются. Однако общественное мнение по-разному относится к проявлению этих эмоций. Считается, что мужчине неудобно выходить из себя из-за детского плача или испуга, тогда как для женщины подобные переживания служат признаком хорошего развития естественных материнских чувств.

Некоторые авторы приводят также результаты исследований, в которых показано, что поведенческие проявления в отношении детей у мужчин и женщин различны. Например, при взаимодействии с грудными детьми мать, даже играя с ребенком, старается прежде всего его успокоить, унять его; материнская игра - своего рода продолжение и форма ухода за ребенком. Напротив, отец и вообще мужчины предпочитают силовые игры и действия, развивающие собственную активность ребенка.

Говоря об участии мужчин в воспитании в современных российских условиях, можно обратиться к ряду социологических исследований. Вот сравнительные результаты исследований о временных затратах мужчин и женщин на домашний труд, проведенных в разные годы. Женщины в два-три раза больше времени затрачивают на ведение хозяйства и уход за детьми, чем мужчины. Как уже отмечалось выше, материнство - одна из главных ипостасей женщины в нашей стране.

Причиной достаточно слабого участия мужчин в воспитании может быть особенность положения мужчины в семье, а именно - снижение авторитета и лидерских позиций в семейных отношениях.

Можно выделить несколько причин такой ситуации.

В современной семье традиционные функции отца (кормилец, персонификация власти и высший дисциплинатор, пример для подражания) заметно ослабевают под давлением таких факторов, как женское равноправие, вовлечение женщин в профессиональную работу, тесный семейный быт, где для отца не предусмотрено пьедестала, пространственная разобщенность труда и быта.

Молодые супруги, как правило, пользуются материальной помощью родителей, что не способствует утверждению авторитета мужа в глазах жены.

В последние десятилетия родители чаще живут с дочерью. В такой ситуации в молодой семье жена имеет некоторые преимущества в сравнении с мужем, которого в прошлом в подобных ситуациях называли «примаком», то есть пришедшим в дом.

В исследовании, где принимали участие 120 супружеских пар с детьми-первоклассниками, было обнаружено, что у поколения 30-летних мужчин «локус контроля» в большинстве исследованных сфер является внешним. Это говорит о том, что они объясняют и оправдывают многие происходящие с ними события внешними обстоятельствами, а не собственными устремлениями, качествами, способностями.

Видимо, в этой ситуации правомерно будет говорить даже не об игнорировании отцами воспитательных функций, а скорее о том, что «ослабление и даже полная утрата мужской власти в семье отражается в стереотипном образе отцовской некомпетентности». В этом отношении можно говорить, что в данный момент не сложились новые нормы, представления в обществе относительно роли отца и матери в воспитании, что, очевидно, связано с изменением общества в целом. Трудно говорить о «современном» стереотипе отцовства, о нормативном образе отца; также неоднозначно отношение к материнской роли женщины.


Ребенок в системе семейных отношений

материнство отцовство ребенок родительский

«Ребенок» - это понятие, которое конструируется взрослыми, что часто не позволяет нам понять реальных переживаний реального ребенка, а воспитание в этом случае идет путем навязывания стереотипов; в первую очередь - гендерных стереотипов, как личных, так и общественных.

«О нем говорят много, а с ним самим не говорят», - так пишет Ф. Дольто о ребенке.

Действительно, если обратиться к понятию детства, то мы не найдем единой точки зрения. Мы можем говорить лишь о различных подходах к периодизации, к выделению критических периодов развития. Интересна в этом отношении идея Ф. Ариеса, который в своем исследовании показывает, что сами термины «ребенок» и «детство» как самоценные понятия появляются в истории человечества не сразу, а лишь в Средние века, когда смерть ребенка начинает переживаться как действительно невосполнимая утрата, а не как вполне естественное событие. Хотя, наверное, в любом обществе существует определенное отношение к рождению ребенка, ему отводится какое-то место в отношениях. Например, в эндогамных обществах родить мальчика - значит послужить клану, общине, обеспечить смену, внести свой вклад в воспроизводство, дать дополнительные рабочие руки. В экзогамном обществе рожденный сын - подарок для семьи, ждущей наследника мужского пола. Ребенок любого пола - увенчание брака. В мальтузианском обществе ребенок обходится слишком дорого, перенаселение чревато множеством проблем, отсюда - регуляция рождений и разрешение абортов.

В современном обществе можно говорить о вариативности образа ребенка. При этом именно от этого образа будет зависеть отношение к нему. Ф. Дольто выделяет образы, отражающие слабость «малыша» и силу ребенка. В первом случае это могут быть образы ребенка-игрушки, ребенка как пищеварительного канала, следствием чего становится чрезмерная опека (тревога взрослых). Сюда же относит автор образы ребенка-животного, собственности законного владельца, неполноценного карлика; следствием такого отношения является эксплуатация (недоверие со стороны общества). В образах, отражающих силу ребенка, можно выделить негативные образы: маленький тиран, исчадие ада, вандал, сорвиголова; как следствие - репрессии в отношении ребенка. К позитивным образам относятся носитель будущего, маленький гений; как следствие - внимание, доверие к ребенку.

Получается, что мы все время говорим о ребенке, «но "ребенок" - это нечто несуществующее... Мы анализируем ребенка, а между тем, ни один ребенок не похож полностью на другого: ни внутренней жизнью, ни способом структурировать себя в зависимости от того, что он чувствует, воспринимает, от особенностей воспитывающих его взрослых». А то, что мы пытаемся говорить о ребенке, видимо, попытки бесконечной реконструкции воспоминаний о детстве, но не попытки поговорить с самим ребенком.

Однако наши разговоры о ребенке имеют и другую сторону: ребенок ответственен за нас в той же мере, как и мы за него. Английский поэт У. Вордсворт высказал мысль о том, что ребенок - отец мужчины. В этом смысле не только мы определяем ребенка, но и он нас. В данном случае можно обратиться к рассуждениям Ж. Лакана, по мнению которого, специфика женского состоит в способности женщины найти свое означаемое только в каком-то Другом: ее имя - это всегда имя ее символического Отца, символического фаллоса, без имени которого она оказывается неназванной, отсутствующей, неспособной найти свою идентичность. Специфика женской любви заключается в пассивной цели быть любимой, а не любить самой, что проявляется во многих стратегиях - пассивность, женственность, материнство.

Но парадокс у Ж. Лакана заключается в том, что мужчина также не обладает автономной (фаллической) субъективностью, ибо он имеет... только пенис. Чтобы обладать фаллической функцией (функцией означивания, определения), мужчине необходим другой, то есть мужчина может стать фаллосом только тогда, когда станет объектом желания.

Тогда, если говорить о рождении ребенка, то сам процесс рождения - это не только и не столько физиологический, но и символический процесс, в котором удовлетворяется желание мужчины обрести Имя Отца, а для женщины - желание обрести идентичность. В этом смысле онтологическая невозможность мужчины к рождению будет определять динамику отношения к беременности и материнству как в индивидуально-психологическом плане, так и более широком культурологическом (в данном случае можно обратиться к работам К. Хорни). Но, кроме того, символическая функция, которую выполняет ребенок при рождении, предполагает расщепление субъекта при говорении на себя настоящего и себя маленького, следствием чего является сложность понимания реального ребенка и реальности отношений с ним: «Если я говорю: "Когда я была маленькой, я делала глупости", или "Когда я была маленькой, родители считали, что я гораздо подвижнее других детей", я говорю о себе в прошлом - это не сегодняшняя я. Невозможно говорить в настоящем времени о себе, каким ты был в прошлом. Нам не удается говорить с ребенком в настоящем времени, потому что тогда мы говорили бы с тем ребенком, который пребывает в прошедшем времени внутри нас ... С ребенком мы отождествляем себя "в прошедшем времени", поэтому нам трудно говорить с ним "взаправду", - считая его столь же понятливым, как мы сами, и часто даже понятливее нас. Мы не в силах с этим согласиться. Вечно это смешение ценности и силы, отсутствия опыта и глупости, рассудительности и умения запугать».

Пока мы в большей мере говорим о родителях и их влиянии на ребенка, но семейные отношения всегда предполагают и активность его самого, особенность восприятия им семейных отношений. В данном контексте можно говорить о работе 3. Фрейда «Семейный роман невротика», где автор подробно останавливается на описании переживаний человеком отношений в семье (имеются в виду не только отношения с родителями, но и с братьями, сестрами) и влиянии данных переживаний на его поведение, на формирование отношения к миру. В этом случае мы опять возвращаемся к концепции мифологичности семьи в том смысле, что влияние семьи на ребенка всегда определяется спецификой его субъективных интерпретаций наблюдаемых отношений.



Цели занятия


Проблематизация темы семейных мифов через анализ личного опыта студентов и знакомство с данными научных исследований.

Обсуждение вопроса влияния образов родителей на гендерную идентичность ребенка.


Оснащение


Отрывок из текста Э. Фромма «Искусство любви» (см. приложение).

Бланк теста для определения психологического пола личности (см. приложение).


Порядок работы


Этап 1. Обсуждение текста из работы Э. Фромма.

Этап 2. Заполнение бланка теста.

Этап 3. Обсуждение результатов теста.

Этап 1. Обсуждение текста из работы Э. Фромма


Вопросы для обсуждения


. Согласны ли вы с точкой зрения автора? Выразите свое отношение к данной позиции.

. Как происходило распределение ролей в вашем воспитании? Выделите особенности отношения к вам, как к ребенку. Какие чувства, на ваш взгляд, могут испытывать мать или отец, выполняя ту или иную роль?

Студентам дается 10 минут на прочтение текста и его обсуждение в парах. Общее обсуждение первого вопроса лучше построить в свободной форме, где каждый высказывается по желанию, чтобы процесс шел более динамично.

В ходе беседы чаще всего можно услышать высказывания типа: «материнская любовь предопределена биологически, она не должна уменьшаться с возрастом, как говорит автор», «многие молодые мамы не умеют обращаться с ребенком, лишь бы замолчал, о какой любви тут можно говорить», «трудно сказать, что роль матери - только безусловная любовь; и отец, и мать в какой-то мере выполняют обе функции», «почему любовь отца обусловлена? Она тоже безусловна»...

Резюмируя высказывания, ведущий говорит о том, что расхождение мнений связано с проблемой распределения воспитательных функций, с вопросами о предрасположенности мужчин и женщин к тому или иному типу поведения в процессе воспитания, о биологической предопределенности любви.

Далее предлагается информация об исследованиях, в которых рассматриваются особенности отношения к ребенку мужчин и женщин, а также факторы, определяющие это отношение. Подводя итог, можно сказать, что однозначных результатов не существует. Трудно говорить об однозначности результатов исследований, о преобладании в поведении мужчин и женщин того или иного типа любви (это скорее крайности, о чем говорит и сам Э. Фромм). Можно сделать вывод о том, что в данном случае важно понимание причины той или иной позиции в воспитании.

Также при анализе проблемы родительства вводится понятие гендерного подхода. Можно завершить обсуждение высказыванием М. Мид, которое приводится в тексте теоретической части, где подчеркивается разнонаправленность влияния общества на мужчину и женщину при формировании родительских установок.

Для продолжения разговора предлагается обратиться к личному опыту - это даст возможность проанализировать гендерные механизмы, определяющие родительские роли.


Обсуждение опыта студентов


Результаты обсуждения фиксируются на доске в двух колонках: в одной обобщается информация о роли женщины, в другой - о роли мужчины. Сразу после группового обсуждения возможно обращение к предыдущему обсуждению через вопрос: есть ли сходство с вашим суждением по поводу текста Э. Фромма с особенностями отношений в вашей семье?

Поскольку опыт участников занятия будет достаточно разнообразным, лучше начать обсуждение с того, что на сегодняшний день очень трудно определить господствующий взгляд и трудно сказать, какова традиционная модель для нашего общества (каким должен быть отец, какой - мать). Но, так или иначе, можно выделить ряд тенденций. Как правило, очень ярко проявляется традиционная модель распределения ролей (например, высказывания типа: «отец участвует в воспитании редко, да метко»; «отец развлекает»; «отец решал материальные вопросы, мать решает все повседневные проблемы ребенка и семьи») и эгалитарная модель (например, «решали большинство вопросов вместе»; «согласовывали свои действия, как в вопросах воспитания детей, так и в повседневных делах»). Вполне закономерным будет обращение к результатам исследования российских семей (отражены в разделах «материнство» и «отцовство»), о распределении обязанностей и причинах, его обусловливающих.

Говоря об особенностях отношения к ребенку, можно обратить внимание на то, что в некоторых семьях отношение определяется установками или даже традициями (воспитанием мальчика должен заниматься мужчина, при этом отношение к матери снисходительное; непослушание при матери (для мальчика) считается нормальным - данная точка зрения поддерживается родительскими семьями). В каких-то семьях в большей степени играют роль субъективные факторы (например, страх, обусловленный мнением окружающих). Здесь возможно обращение к данным научных исследований (приведенных в разделе «родительство»), где отражаются разные подходы в понимании отношения к детям.

В качестве вывода важно подчеркнуть ту мысль, что все эти точки зрения, несмотря на их разнообразие, рассматривают одно и то же явление, поэтому в жизни все эти факторы тесно переплетаются между собой и дают ту картину (иногда противоречивую), которую мы можем наблюдать в реальной семье.


Этап 2. Заполнение бланка теста


Оценка качеств производится по трем параметрам: «Я», «Отец», «Мать» (см. приложение).

После заполнения бланка ведущий просит выделить качества, набравшие максимальное количество баллов у самого испытуемого и посмотреть сходства и отличия с образом матери и отца. Затем данные можно обобщить на доске в виде таблицы. В результате получается, что с образом каждого родителя связаны те или иные качества. В большинстве случаев это традиционное разделение, но бывают случаи противоположные, когда традиционно мужские качества заимствуются у матери, а традиционно женские - у отца. Часть качеств связана с обоими образами (красота, порядочность и т. п.).


Этап 3. Обсуждение результатов теста


Здесь уместно будет поговорить о понятии идентификации, о том, что формирование половой идентичности связано с усвоением не только женских или только мужских качеств, но мужского и женского сознания, что способствует более адекватной адаптации (тем самым, вернувшись к работе Э. Фромма). Можно рассказать о концепции андрогинии С. Бэм.

Студентам предлагается работа в парах.

Вопросы для обсуждения


. Действительно ли в жизни можно наблюдать сходство выделенных вами качеств? Вспомните конкретные ситуации и чувства, которые вы переживали при этом.

. Мешают или помогают данные качества вам как мужчине или женщине в жизни?

В качестве вывода можно привести высказывание Х.-Д. Шмидта (Schmidt H.-D.): «Жизнь начинается как судьба», и добавить: «а продолжается - как ее преодоление», то есть установки, качества изначально (в дошкольном детстве) приобретаются нами в семье, не осознанно, а путем идентификации. В дальнейшей жизни мы либо миримся с тем, что приобрели, либо пытаемся измениться. В этом случае важно понимание, анализ, рефлексия нашего опыта.

Следующим этапом обсуждения может стать проблема того, что идентификация предполагает не только усвоение образцов поведения своего пола, так как родитель противоположного пола выступает в качестве модели или образца поведения другого пола, на основе которого будет в последующем выстраиваться образ сексуального партнера. В контексте данной мысли можно предложить студентам сравнить оценку своих родителей и тех качеств, которые они считают предпочитаемыми в поведении своих сверстников (конечно, это не значит, что предпочитаемый образ будет однозначно похож на созданный родительский образ; напротив, он может быть противоположным; здесь просто следует обратить внимание на то, что служит критерием для отбора предпочитаемых качеств).

В продолжение разговора можно затронуть тему о роли отца в период пубертата для девочки и его значимости для развития личности мальчика, а также ввести понятие депривации и материнской депривации, рассказав о значении данного явления для развития личности ребенка.

В завершение можно познакомить студентов с мнением Ф. Ариеса и Ф. Дольто о субъективности восприятия ребенка взрослыми, о том, что интерпретации тех или иных явлений не совпадают у взрослого и ребенка, поскольку для взрослых часто важен не сам процесс рождения, а то, что ребенок позволит им занять другие социальные роли и выполнит тем самым их желания. Это приводит к тому, что родители в своем воспитании прежде всего ориентируются на стереотипы (личные, общественные), а не на реального ребенка, его индивидуальные особенности. Обращение к этому вопросу возможно через домашнее задание: участники занятия должны попросить родителей описать свои психологические черты, то есть представить психологический портрет своих детей.


Контрольные вопросы


. В чем заключается психологическое значение мужчины для развития личности ребенка?

. На основе научных данных, существующих на сегодняшний день, раскройте психологическое значение женщины для развития личности ребенка.

. Могут ли быть функции отца и матери взаимозаменяемы в процессе воспитания?

. Каково ваше отношение к понятиям отцовской и материнской любви?



Приложение 1


Отрывок из книги Э. Фромма «Искусство любви»

Любовь между родителями и детьми

Младенец в момент рождения должен был бы испытывать страх смерти, если бы милостивая судьба не предохранила его от всякого осознания тревоги, связанной с отделением от матери, от внутриутробного существования. Даже уже родившись, младенец почти не отличается от себя такого, каким он был до момента рождения; он не может осознать себя и мир как нечто, существовавшее вне его. Он воспринимает только положительное действие тепла и пищи, не отличает еще тепло и пищу от их источника: матери. Мать - это тепло, мать - это пища, мать - это эйфорическое состояние удовлетворения и безопасности... мать улыбается, когда я ем, она берет меня на руки, когда я плачу, она похвалит меня, если я облегчусь. Все эти переживания кристаллизуются и объединяются в одном переживании: я любим. Я любим, потому что я - ребенок своей матери. Я любим, потому что я беспомощен. Я любим, потому что я прекрасен, чудесен. Я любим, потому что мать нуждается во мне. Это можно выразить в более общей форме: Я любим за то, что я есть, или, по возможности еще более точно: Я любим, потому что это я... Нет ничего, что я сделал для того, чтобы быть любимым - материнская любовь безусловна. Все, что от меня требуется, это быть - быть ее ребенком. Материнская любовь - это блаженство, это покой. Ее не нужно добиваться, ее не нужно заслуживать. Но есть и негативная сторона в безусловной материнской любви. Ее не только не нужно заслуживать - ее еще и нельзя добиться, вызвать, контролировать. Если она есть, то она равна блаженству, если же ее нет, это все равно как если бы все прекрасное ушло из жизни - и я ничего не могу сделать, чтобы эту любовь создать...

Однако день за днем он становится все более независимым: он учится ходить, говорить, самостоятельно открывать мир; связь с матерью несколько утрачивает свое жизненное значение и вместо нее все более и более важной становится связь с отцом...

Связь с отцом совершенно другая. Мать - это дом, из которого мы уходим, это природа, океан; отец не представляет никакого такого природного дома. Он имеет слабую связь с ребенком в первые годы его жизни, и его важность для ребенка в этот период не идет ни в какое сравнение с важностью матери. Но хотя отец не представляет природного мира, он представляет другой полюс человеческого существования: мир мысли, мир вещей, созданных человеческими руками, закона и порядка, дисциплины, путешествий и приключений. Отец - это тот, кто учит ребенка, как узнавать дорогу в мир...

Отцовская любовь - это обусловленная любовь. Ее принцип таков: «Я люблю тебя, потому что ты удовлетворяешь моим ожиданиям, потому что ты исполняешь свои обязанности, потому что ты похож на меня». В обусловленной отцовской любви мы находим, как и в безусловной материнской, отрицательную и положительную стороны. Отрицательную сторону составляет уже тот факт, что отцовская любовь должна быть заслужена, что она может быть утеряна, если человек не сделает того, что от него ждут. В самой природе отцовской любви заключено, что послушание становится основной добродетелью, непослушание - главным грехом. И наказание за него - утрата отцовской любви. Важна и положительная сторона. Поскольку отцовская любовь обусловлена, то я могу что-то сделать, чтобы добиться ее, я могу трудиться ради нее; отцовская любовь не находится вне пределов моего контроля, как любовь материнская.

Материнская и отцовская установка по отношению к ребенку соответствует его собственным потребностям. Младенец нуждается в материнской безусловной любви и заботе как физиологически, так и психически. Ребенок старше шести лет начинает нуждаться в отцовской любви, авторитете и руководстве отца. Функция матери - обеспечить ребенку безопасность в жизни, функция отца - учить его, руководить им, чтобы он смог справляться с проблемами, которые ставит перед ребенком то общество, в котором он родился. В идеальном случае материнская любовь не пытается помешать ребенку взрослеть, не пытается назначить награду за беспомощность. Мать должна иметь веру в жизнь, не должна быть тревожной, чтобы не заражать ребенка своей тревогой. Частью ее жизни должно быть желание, чтобы ребенок стал независимым, и, в конце концов, отделился от нее. Отцовская любовь должна быть направляема принципами и ожиданиями; она должна быть терпеливой и снисходительной, а не угрожающей и авторитетной. Она должна давать растущему ребенку все возрастающее чувство собственной силы и, наконец, позволить ему стать самому для себя авторитетом и освободиться от авторитета отца.


Приложение 2


Бланк теста

ФИО________________________________________________

Инструкция

Ниже перечислены 42 качества, которые характеризуют особенности поведения и личности человека. По шкале 1-7 опишите, пожалуйста, насколько каждое из этих качеств соответствует вам.

Поставьте следующие баллы, если это качество у вас:

- никогда не проявляется;

- обычно не проявляется;

- иногда, но редко проявляется;

- скорее проявляется, чем нет;

- чаще проявляется;

- обычно проявляется;

- всегда или почти всегда проявляется.

Пожалуйста, не оставляйте ни одно качество неотмеченным.

________умение самоутвердиться

________уступчивость

________готовность помочь

________сильная личность

________застенчивость

________добросовестность

________напористость

________склонность к проявлению чувств

________надежность

________аналитичность

________нежность

________правдивость

________способность руководить

________женственность

________способность понять другого

________готовность рисковать

________сострадательность

________искренность

________доминирование

________мягкость в высказываниях

________дружелюбие

________мужественность

________стремление утешить

________тактичность

_________внешняя сдержанность

________обаяние

________ориентация поведения на традиции и нормы

_________способность действовать в качестве лидера

________доверчивость

_______порядочность

________сила

________детская непосредственность

________трудолюбие

________смелость

________не использование резких грубых выражений

_________вежливость

________сила воли

_________красота

_________практичность

________выносливость

_________терпимость

________чувство юмора