Тема: Тэффи и Зощенко – королева и король русской сатиры

  • Вид работы:
    Контрольная работа
  • Предмет:
    Литература
  • Язык:
    Русский
  • Формат файла:
    MS Word
  • Размер файла:
    13,25 Кб
Тэффи и Зощенко – королева и король русской сатиры
Тэффи и Зощенко – королева и король русской сатиры
Вы можете узнать стоимость помощи в написании студенческой работы.
Помощь в написании работы, которую точно примут!














Тэффи и Зощенко - королева и король русской сатиры

Вступление

Русская сатирическая литература начала 20 века богата звучными именами писателей-юмористов. Но особое место в этой плеяде среди многих занимают Надежда Тэффи и Михаил Зощенко. В своей работе я попробую понять, как именно они стали властелинами читательских сердец? Именно они сохранили способность быть духовно свободными, внутренне независимыми, Тэффи в эмиграции, Зощенко в начале 50-х годов, когда пережил гонения власти, постыдную травлю вместе с А. Ахматовой (Постановления ЦК «О журналах «Звезда» и «Ленинград»). Он был грубо исключён из литературы, а в сущности, из жизни. В чём же сила их таланта, способная вызывать и слёзы, и смех? Что лежит в основе их концепции бытия и философии юмора?

Себе лишь самому служить и угождать.

Для власти, для ливреи

Не гнуть ни совести, ни помыслов, ни шеи.

Прав был Пушкин, когда утверждал, что обязанность поэта становится его самоутверждение.

Писатели-сатирики не просто наблюдали нравы и характеры людей, но относились с большой восприимчивостью ко всему нелепому, в остроумном и забавном свете изображая все пороки и причуды человеческой природы. Они показывают мир, в котором соседствуют высокое и низкое, истинное и ложное, талантливое и бездарное. Главное для человека, определяющее смысл жизни, все его устремления, помыслы и действия - это достижение счастья. Но оно, чистое и светлое, зачастую недостижимо. Человеческие пороки, омрачают душу человека, и искажают истинное восприятие мира. И задача настоящего писателя в том, чтобы напомнить людям об их высшем назначении, показать человеческую жизнь во всем многообразии и несовершенстве, чтобы как в зеркале читатели явственно и ярко увидели изъяны своего существования. Описываемое в рассказах состояние мира настораживает, пугает читателя, ведь перед ним мир, далёкий от идеала, в нём много горя, страданий, одиночества. Но писателями этот мир принимается, потому что он создан все-таки людьми, хотя и исказившими своими помыслами и поступками мир божественный, прекрасный и справедливый. Они верят, что желающие смогут вырваться из фальшивого, искусственного окружения и найдут свой правильный и праведный путь.

1. Современники о Тэффи - «королеве русского смеха»

Тэффи (Надежда Лохвицкая) была увенчана при жизни титулом «королевы русского смеха» и популярна у читателя главным образом в этом качестве. Она печатается в крупных и наиболее известных газетах и журналах, её пьесы идут в театрах, один за другим выходят сборники рассказов и стихов.

К произведениям Тэффи в литературных кругах относились крайне положительно. Писатель и современник Тэффи Михаил Осоргин считал её «одним из самых умных и зрячих современных писателей». Скупой на похвалы Иван Бунин называл её «умницей-разумницей» и говорил, что её рассказы, правдиво отражающие жизнь, написаны «здорово, просто, с большим остроумием, наблюдательностью и чудесной насмешливостью». Хотя стихи Тэффи ругал Валерий Брюсов, считая их слишком «литературными», Николай Гумилев отмечал по этому поводу: «Поэтесса говорит не о себе и не о том, что она любит, а о том, какой она могла бы быть, и о том, что она могла бы любить. Отсюда маска, которую она носит с торжественной грацией и, кажется, иронией». Кроме того, её творчество высоко ценили Александр Куприн, Дмитрий Мережковский и Фёдор Сологуб.

Круг общения Тэффи - петербургская литературная элита. Она одинаково свободно входила и в круг символистов, и в круг противостоящих им акмеистов, - что и отразилось на её поэзии. По словам Элизабет Нитраур: «В подтексте её стихов все чаще звучит грусть, печаль, меланхолия, даже трагизм. Но ни в коем случае не безысходность. Против «плоского» пессимизма и безнадежного взгляда на жизнь Тэффи знает средство, всю жизнь выручавшее её…это смех».

Некоторые современники отмечают, что ей был присущ «культ любви, сладострастия, густой налет восточной экзотики и символики, воспевание различных экстатических состояний души - основное содержание поэзии Тэффи изредка и случайно звучали здесь мотивы борьбы с «самовластьем».

С начала 10-х гг. Тэффи перешла к прозе, издав ряд сборников юмористических рассказов. В них Тэффи поверхностно критикует некоторые обывательские предрассудки и привычки, в сатирических сценках изображает жизнь петербургского «полусвета». Следуя традиции А. П. Чехова, Тэффи представляет огромное разнообразие человеческих типов. В её книгах изображены мелкие чиновники, журналисты, путешественники и целый ряд чудаков. «Все они создают образ «человеческой комедии». Юмор Тэффи добродушен, она не унылый моралист. Её рассказы не только обвинительный приговор «человеческой комедии». Тэффи владеет не только искусством «добродушного смеха». Она умеет сочетать «смех» и «слезы» в своих лучших произведениях, несомненно, относящихся к высокому искусству. Писательница находит способ соединить смех и слезы, добродушную иронию и сатиру, улыбку и трагическое видение мира.

Кроме стихов и рассказов Тэффи написала и перевела ряд пьес. Первая пьеса «Женский вопрос» была поставлена петербургским Малым театром; несколько других шло в разное время в столичных и провинциальных театрах.

В эмиграции Тэффи написаны рассказы, рисующие дореволюционную Россию, все ту же мещанскую жизнь. Меланхолический заголовок «Так жили» объединяет эти рассказы, отражающие крушение надежд белоэмиграции на возвращение прошлого, полную бесперспективность неприглядной эмигрантской жизни. Рассказывая о «сладких воспоминаниях» эмигрантщины, Тэффи приходит к ироническому изображению дореволюционной России, показывает тупость и никчемность обывательского существования. Эти произведения свидетельствуют о жестоком разочаровании писательницы-эмигрантки в людях, с которыми она связала свою судьбу».

Жизнь в рассказах Тэффи некрасивая, больная и страшная, но ещё и смешная.

. Писательское кредо Тэффи - «благословение Божьей десницы» на весь мир

Непосредственным выражением кредо Тэффи можно считать её поэтический сборник «Passiflora» (1923), в котором о приятии бытия как осознанной этико-эстетической позиции говорят строки стихотворений, в которых она призывает «благословение Божьей десницы» на весь мир, не отделяя праведников от грешников. Особое качество ее мировоззрения отмечали и современники, например, поэт и критик Г.Адамович писал: «Если задуматься над общим смыслом писаний Тэффи, если углубиться в их «философию», надо бы заметить, что проникнуты эти писания чувством круговой поруки и общей нашей ответственностью за искажение Божьего мира… Именно в том, вероятно, разгадка того, что Тэффи никого не судит, никого ничему не поучает… Высокомерия нет и в помине: все виноваты во всем…» « Смех самой Тэффи гораздо ближе сдержанному, тонкому юмору Чехова». Люди не видят своего счастья, которое послано им судьбой. Одна из исследовательниц творчества Тэффи отмечала, что основная нота ее творчества, её голоса, умного, надломленного - печаль. Её творчество призвано показать красоту Божественного мира и трагическое несоответствие идеала миру, творимому людьми.

Рассказ - самый трудный эпический жанр - имел в России блистательных представителей. Тэффи писала после Чехова - и сохранила свою редкую индивидуальность рассказчика. Элизабет Нитраур отмечает у писательницы «Лаконизм, выпадающий кристаллами афоризма; жесткая и вместе изящная драматурги сюжета и внимание к каждому слову, к каждому знаку препинания».

В творчестве Тэффи есть два рассказа «Счастье», но один из них имеет пометку «Рассказ петербургской дамы». В рассказе «Счастье» есть яркий пример мировоззрения автора: «Счастье человеческое очень редко, наблюдать его очень трудно, потому что находится оно совсем не в том месте, где ему быть надлежит». Люди не умеют радоваться своему счастью («Судьба послала им счастье, о котором они и мечтать не смели, а они даже и порадоваться-то не умеют. Стоит таким людям счастье давать! Какая судьба непрактичная!») Для них настоящая радость - чужая беда, неудача, поражение («Такого мгновенного преображения ликов никогда в жизни не видела я!) Подчёркивая искажение людьми Божьего мира, автор использует слова: лики, светлое, божественное счастье. Тэффи близка негромкая шутка, добродушная усмешка. Авторское я прослеживается чётко, но она никогда не говорит с читателем строго. Через психологический подтекст она настраивается на нужную волну.

Распаду и абсурду можно противостоять. Бытие, по Тэффи, только тогда имеет значение, когда человек живёт надеждой и верой, не утрачивая их ни при каких обстоятельствах.

. Михаил Зощенко - «наш современный Гоголь»

В литературу Михаил Зощенко вошел в самом начале 20-х годов 20 века. Тогда же Зощенко становится членом литературной группы «Серапионовы братья», а вскоре начинается его многолетнее сотрудничество в качестве фельетониста и автора сатирических рассказов в периодике, сюжеты которых брались непосредственно из газет той поры. Рассказы сосредоточены в сфере узко личных отношений и быта, для них характерна трактовка происходящих событий в самом широком «общечеловеческом» плане. Зощенко сам не раз указывал, что его ранние рассказы написаны в духе старых традиций. А.Н. Старков в книге «Юмор Зощенко» отмечает: «С первых шагов Зощенко прочно связал свою литературную судьбу с судьбами сказа, того типа повествования, что был хорошо известен русскому читателю ещё по произведениям Н.В. Гоголя и Лескова, типа повествования, мастерское владение которым стало позже непременным признаком зощенковской стилевой манеры». Зощенко был верным последователем гоголевского направления в русской литературе. Если внимательно вслушиваться в его смех, нетрудно уловить, что беззаботно-шутливые нотки являются только лишь фоном для нот боли и горечи. Один из современников писателя А. Ремизов сообщает в письме своему другу: «Берегите Зощенко. Это наш современный Гоголь», а позже напишет: «Гоголь - современнейший писатель, Гоголь! - к нему обращена душа новой возникающей русской литературы и по слову и по глазу».

К концу 30-х годов писатель становится известным как автор повестей. Повести оказались отступлением от привычной манеры письма, и от привычного героя. Это продолжение темы высмеивания обывателя, но сменившего маску недалекого мещанина на маску сомневающегося интеллигента. За «Сентиментальными повестями» последовали такие большие книги» как «Письма к писателю», «Возвращенная молодость», «Голубая книга», «Перед восходом солнца» («Победа разума»). Сатирическая направленность в его поздних вещах все чаще и все заметнее стала получать, как бы сказать, назидательную, морализаторскую «приправу», а отдельные произведения («Огни большого города», «Облака» и др.) звучали как нравственные проповеди.

Зощенко оставил нам более тысячи рассказов и фельетонов, повести, пьесы, киносценарии, критические статьи и многое другое - всего около ста тридцати книг вышло при его жизни.

. Сказы Михаила Зощенко

литература сатирик тэффи зощенко

В рассказах Зощенко злость на первом плане. Автор ни на минуту не забывает и не советует забывать читателю, что какой бы смешной и даже симпатичной ни была маска, которую надел автор, это лицо врага. Большинство его рассказов несут вполне конкретную цель - указать на всякого рода уродства частной жизни окружающего его социума, а именно столь ненавистного ему мещанства. Этому и служит обычная для Зощенко литературная маска - одного из тех, кого он клеймил. Зощенко пишет от лица тех людей, чтобы показать эту жизнь изнутри, не оставаясь на одном краю пропасти, отделявшей его, интеллигентного человека, от тех, чьи маски он надевал.

В отличие от Тэффи, Зощенко всегда стремился быть исправителем нравов. Обрисовывая ситуацию, Зощенко, казалось бы, не выявляет негодования, будто даже симпатизирует героям, его позиция кроется в наблюдении ужасных ситуаций абсурда. Автор смотрит на события глазами человека (рассказчика), для которого это нормальные, естественные эпизоды повседневной жизни. Писатель общается со своим читателем посредством героя - рассказчика, человека, являющегося не исключением, а человеком своей среды, это «дорогой приятель, Иван Фомич Тестов… Человек сам немудреный. И с бородой», герой рассказа «Счастье». Он проживает жизненный путь, так и не дождавшись счастья, но однажды оно пришло, когда «после работы под вечер зашел в трактир и спросил себе чаю». Именно в общественном месте, как пишет В.Акимов, больше открытого, непричесанного, откровенного - здесь все обнажено: порывы чувств, изломы характеров…» Здесь люди, «ищущие в хаотическом подчас, стихийном движении новое место в жизни, новые опоры и ориентиры», почему именно в обществе, на людях, пережил счастье главный герой? Он испытал все тяготы жизни: жена «в своё время скончалась. И … дитё тоже скончалось. Всё шло тихо и гладко. И особенного счастья в этом не было». Растерянный и потрясённый пережитым человек. Даже не понимая этого, хочет быть на каком-то уровне счастья. В новой ситуации герой Зощенко ведет себя импульсивно, стихийно: «Вдруг я кладу блюдечко на стол, закрываю шапкою чайник, чтоб он не простыл, и равнодушно подхожу к хозяину». Сейчас осуществится сверхмечта, идеал, высшая цель существования. А дальше «минута славы», стекло вставлено, и «в руке чистых тридцать рублей». «Эх, и пил же я тогда. Два месяца пил».

Неужели это настоящее счастье? Конечно, нет. Человека довели до такой жизни, он стал таким, потому что ему пришлось жить в мире, где кусок хлеба, рубаха, тёплые стельки - что-то недостижимое. На самом деле это драма человека, не имевшего ничего и лишь по счастью получившего какие -то подарки судьбы.

Рассказчик с завистью смотрит на своего дорогого приятеля, но читатель должен понять, что на самом деле туман искривленных представлений о счастье, непонимание его сути, недоразумение и невежество заполняют душу и сердце героя. Писатель далёк от мысли об оправдании таких поступков. Зощенко любит своего героя и тоскует о том, что тот живёт мелкой жизнью, впустую расходует свои силы. Но он видит и ценит его желание обрести собственное достоинство, устоять перед напором обстоятельств.

Рассказ написан от первого лица, как и многие другие, автор тождествен рассказчику, это рассказы - монологи, авторская речь там отсутствует, Зощенко не прерывает рассказ, не добавляет ничего от себя, но раскрывает мир своего героя, давая второй план, прослеживается то, что рассказывает человек, и то, что случайно прорывается в его рассказе. Смысл этого рассказа не в описании счастья, а в противопоставлении этого счастья настоящему, человеческому. Речь идет о совершенно противоположном, очень тоскливом счастье.

В творчестве Зощенко рассказчик может выполнять разные функции: это может быть рассказчик - посредник («Аристократка»), рассказчик - герой («Лимонад»), рассказчик, под чьей маской спрятался сам автор («Счастье»): « Я с завистью посмотрел на своего дорогого приятеля. В моей жизни такого счастья не было. Впрочем, может, я не заметил». Тема автора у Зощенко интересна своим решением - скрыться за некой маской, высоким уровнем пародии и стилизации. Речь ведь идёт не о счастье, а всего лишь о «счастьишке», но представлено оно как долгожданное и неожиданно обрушившееся на человека великое счастье.

Писатель выбирает особый тип повествования - сказ, что определяет особенности устной речи героя: неправильное словоупотребление (С тех пор, как открылся у меня катар желудка, я у многих об этом спрашиваю), путаный синтаксис (Человек сам немудрёный. И с бородой.), орфоэпические, грамматические и речевые ошибки (А некоторые посетители даже обижаются - дескать, темно, и некрасиво чай пить. Или: Мне за его штраф плати.), просторечные слова (присел на корячки, не дозволяет сесть, спрашиваю рыбную селянку, после - рататуй).

В литературоведении существует понятие «зощенковский лексикон», который от Горького получил наименование «бисер» - это сложный сплав нескольких разнообразных жаргонов: воровского, крестьянского, солдатского. Искусно пользуясь им для своих рассказов, Зощенко никогда не забывал, что сам по себе этот язык глуповат и что из него можно извлекать множество комических эффектов именно потому, что он так уродлив, нелеп и смешон. («Цена, любезный коммерсант, вне конкуренции и без запроса»)

Целью сказа является саморазоблачение героя. Из речи персонажа можно узнать о его мироощущении, жизненном опыте, уровне культуры. Именно сказ позволил Зощенко передать читателю две противоположные оценки - автора и героя-рассказчика. Форма сказа придаёт особый колорит произведениям писателя, создаёт в них двойной план повествования и позволяет показать пороки изнутри, избегая прямой критики. Героем сказа является ограниченный человек, не понимающий сути событий. В рассказе «Счастье», имеющем кольцевую композицию, поведение Ивана Фомича как раз и демонстрирует полное непонимание такой нравственной категории, как счастье. Поэтому-то он «подмигнул мне для чего-то и стал рассказывать», как будто со знанием дела. И завершается рассказ таким же поведением героя: «Иван Фомич замолчал и снова, неизвестно для чего, подмигнул мне».

«Нет, при всей искривлённости своих «дарований», персонажи Зощенко не бросовые люди… Человеческий материал, с которым имеет дело писатель, нельзя решительно сгрести и выбросить на свалку истории. Его нужно терпеливо и настойчиво переделывать. И прежде всего - не уродовать, не допускать порчи, не отдавать во власть стихий жизни. С возрождением человека связаны были многие надежды Зощенко».

Заключение

Человеческое счастье - жизненно важный вопрос и одна из вечных тем в литературе. Тема многолика и многогранна. Для каждого счастье - что-то своё, неповторимое, сокровенное и желаемое всей душой. Для кого-то самое большое счастье - любить и быть любимыми, приносить счастье всем, кого ты любишь. Кто-то не мыслит своей жизни без карьеры, славы. Для кого-то вожделенно материальное благополучие. Для каждого звезда по имени «Счастье» светит по-разному.

И Зощенко, и Тэффи нашли свою тему в культурной катастрофе, которую в послереволюционные годы по - своему переживает человек, вдруг оказавшийся в совершенно переменившейся действительности. Их персонажи переживают культурные драмы, часто попадая в нелепые ситуации.

Оба писателя сходятся на том, что в несовершенном мире счастье люди либо не видят, либо видят «не там, где ему быть надлежит». В этом глубокая трагедия человека, по природе своей «слепого» создания.

Но оба автора не дают ответов, рецептов, они оставляют вопрос открытым, иллюстрирующим ситуацию: Зощенко - со злой и горькой усмешкой, Тэффи - деликатно и чутко, не навязывая своего мнения. Они побуждают читателя задуматься над тем, к чему он сам стремится и тянется. Счастье ли это? Да и какое оно, счастье?

Почему-то вспомнился Набоков: "Каждый отдельный день в году подарен одному только человеку, самому счастливому; все остальные люди пользуются его днем, наслаждаясь солнцем или сердясь на дождь, но никогда не зная, кому день принадлежит по праву, и это их незнание приятно и смешно счастливцу. Человек не может провидеть, какой именно день достанется ему, какую мелочь будет вспоминать он вечно,- световую ли рябь на стене вдоль воды или кружащийся кленовый лист, да и часто бывает так, что узнает он день свой только среди дней прошедших, только тогда, когда давно уже сорван, и скомкан, и брошен под стол календарный листок с забытой цифрой".

Использованная литература

1.Зощенко М.Собрание сочинений в 3-х томах. - Л.: 1989.

2.Чудакова М. Поэтика Михаила Зощенко. - М.: 1979.

.Старков А. Судьба Художника. - М.: 1990.

.Спиридонова Л.А. Русская сатирическая литература начала 20 века. - М.: Наука, 1977.

.Акимов В.М. От Блока до Солженицына. - СПб.: 1994.

Похожие работы

 

Не нашел материал для курсовой или диплома?
Поможем написать качественную работу
Без плагиата!