Заказ дипломной. Заказать реферат. Курсовые на заказ.
Бесплатные рефераты, курсовые и дипломные работы на сайте БИБЛИОФОНД.РУ
Электронная библиотека студента




Введение

 

Репортаж является одним из наиболее популярных и востребованных жанров в печатных СМИ. По меткому утверждению журналистки Любови Царёвой, репортажи - «это немногие материалы, где журналистам верят». Безусловно, это происходит во многом по причине того, что жанр репортажа по своей природе очень субъективен, и, соответственно, ориентирован на мысленный диалог читателя с автором.

Цель нашей работы – рассмотреть категорию «авторское присутствие» в рамках журналистского, в частности, репортажного, текста и, опираясь на труды теоретиков и собственный опыт журналистской практики, выделить способы (формы) выражения и функции авторского «я» в жанре «репортаж».

Чтобы достичь данной цели, нам необходимо выполнить следующие задачи:

·   Рассмотреть понятие «авторское присутствие», сформулировать его суть;

·   Рассмотреть и сопоставить подробные характеристики жанра «репортаж» с точки зрения видных теоретиков журналистики, заострить внимание на вопросе авторского присутствия в этих характеристиках;

·   Доказать, что проявление авторского «я» не только играет в репортаже важную роль, но и является необходимым для данного жанра журналистики;

·   Изучить специализированную литературу, а также публикации в жанре «репортаж» в  российских СМИ;

·   Выяснить, в каких случаях выражение автором своего мнения оправданно и необходимо, а в каких от этого уместнее воздержаться;

·   Проанализировать собственные публикации в рамках заданной темы.

Объектом нашего исследования  являются примеры использования различных форм выражения авторского «я» в репортажах учебного печатного СМИ. В качестве предмета исследования автор использует собственные публикации в студенческой газете «Rелеванс».

При анализе научной литературы, посвященной печатной журналистике и конкретно рассматриваемому нами жанру, нам удалось найти небольшое количество информации, Это позволяет говорить о малоисследованности выбранной нами темы, а следовательно – о широком поле для собственной научно-исследовательской деятельности в рамках данного вопроса.

Основополагающей для нашего исследования стала книга М.Н. Кима «Репортаж: технология жанра», в которой жанр репортажа рассматривается … и большое внимание уделяется проблеме авторского присутствия в данной жанровой форме.

    Курсовая работа состоит из введения, двух глав, заключения, списка использованной литературы и приложения. Первая глава, в свою очередь, состоит из пяти параграфов. В первом параграфе мы рассматриваем понятие жанра «репортаж» и типологию жанра, составленную М.Н. Кимом. Второй параграф посвящен эффекту присутствия и его роли в репортаже. В третьем параграфе мы рассматриваем понятие авторского присутствия и, опираясь на М.Н. Кима, обосновываем значимость категории авторского «я» для исследуемого нами жанра. В четвертом параграфе мы выделяем формы авторского присутствия в жанре «репортаж» и приводим примеры их использования в российских СМИ. Пятый, последний, параграф освещает проблему уместности использования авторского присутствия в различных случаях журналистской практики.

Вторая глава представляет собой анализ собственных публикаций в учебной газете «Rелеванс». В ней мы приводим примеры использования выделенных нами форм авторского присутствия в авторских статьях.

 

Глава I. Авторское присутствие в репортаже: суть, функции, формы

 

1.1. Понятие «репортаж», типология жанра

 

Приступая к теоретической части нашей работы, обозначим, что представляет собой репортаж как жанр печатного СМИ, а также выделим базовые принципы работы в данном жанре. Для этого приведем и сопоставим ряд утверждений и определений, данных некоторыми авторитетными специалистами в области журналистики.

«Понятие «репортаж» происходит от лат. “reportare” – передавать, сообщать – пишет А. А. Тертычный  – Задача любого репортера заключается прежде всего в том, чтобы дать аудитории возможность увидеть описываемое событие глазами очевидца, т.е. создать «эффект присутствия».[1]

По Е. В. Ахмадулину, основная задача репортажа – «показать событие, объект в процессе, движении, зримо (а не просто в пересказе)». Главный метод работы репортера – «Наблюдение!!! Работа глазами. Если событие уже прошло, его надо реконструировать, расспрашивая свидетелей.… Имитировать эффект присутствия». Нельзя не отметить, что последнее утверждение данного теоретика крайне спорно, т.к. практика показывает, что лучшие работы репортажного жанра получаются все же при непосредственном присутствии автора на месте события. Если же журналист по каким-либо причинам не присутствовал на месте описываемого действия, тогда для его освещения, по мнению многих других специалистов и на мой субъективный взгляд, целесообразнее выбрать другую жанровую форму. Далее Е. В. Ахмадулин отмечает, что главная особенность репортажной формы повествования – «Темп рассказа! От первого лица, в настоящем времени. Диалоги – в записи живой речи, а не пересказе».[2]

М. Н. Ким в своей характеристике жанра идет дальше своих коллег и определяет целевую функцию репортажа как «включение читателя в переживание события, развернутое наглядное обоснование ценностных отношений, лежащих в основе данного события».[3]

В своей книге «Репортаж: технология жанра» Ким предлагает также следующую классификацию:

 «1) Событийный репортаж.

К основным признакам событийного репортажа можно отнести оперативность и актуальность.

…Событийный репортаж – это всегда моментальный и даже сиюминутный отклик на происходящее. Поэтому именно для данной разновидности репортажа особенно характерно хронологическое следование за событием, точное указание места и времени действия, наконец, погружение репортера в само событие, за счет чего и создается «эффект присутствия». Предметом репортажного описания выступает событие, которое происходит на глазах у репортера и находит свое наглядное отображение в тексте как результат непосредственных авторских наблюдений;[4]

2) Аналитический (проблемный) репортаж

Данный вид репортажа ориентирован  не только на описание одномоментного события, но и на выяснение причин его возникновения и развития.

… в аналитическом репортаже автору важнее всего показать логику развития события;[5]

3) Познавательно-тематический репортаж

На первое место выдвигается описание репортером интересной жизненной ситуации. Главное здесь не оперативный повод, а раскрытие и познание новых и неизвестных сторон жизни социума;[6]

4) Репортаж-комментарий

Данный вид репортажа ориентирован не на подробное освещение события, а на его детальное комментирование. Пользуясь   элементами комментария, репортер может разъяснить или растолковать читателям суть события».[7]

 

1.2. Эффект присутствия, его роль в репортаже

 

Как мы видим, одним из ключевых понятий касательно рассматриваемого нами предмета является т.н. «эффект присутствия», или, говоря языком уже упомянутого выше М. Н. Кима, «эффект эмоциональной причастности к происходящему».[8] По Киму, «эффект присутствия создается в репортаже в тех случаях, когда автор, во-первых, передает свои непосредственные чувства и переживания, во-вторых, описывает свое эмоциональное состояние, в-третьих, выражает собственное отношение к происходящему, в-четвертых, с помощью категории авторского «я» демонстрирует свою сопричастность к событию, в-пятых, высказывает собственные суждения и оценки».[9] От него мы и оттолкнемся для дальнейшего исследования нашей темы. Достижение этого эффекта, на мой взгляд, главная задача репортера, и для решения этой задачи существуют следующие средства:

а) Подчеркнутая динамика изложения, позволяющая читателю ощутить себя в гуще описываемых событий.

Отражается в стилистике:

·   Повествование ведется в настоящем времени

·   Прямой порядок слов

·   Преобладание существительных и глаголов над прилагательными и причастиями

·   Простые предложения без вводных конструкций, причастных и деепричастных оборотов;

б) Ввод в текст большого количества деталей, дающих читателю возможность визуально воссоздать в своем воображении картину описываемого события;

в) Использование т.н. «деталей-символов» - зафиксированных репортером предметов, явлений окружающей действительности, которые являются олицетворением чего-либо, призваны вызывать у читателя определенные ассоциации и таким образом позволяют журналисту опосредованно выразить свое мнение.

«Чтобы показать событие в динамике, репортеру необходимо в центр произведения поставить самые яркие и эмоционально насыщенные моменты происходящего»[10], - совершенно справедливо, на мой взгляд, отмечает М. Н. Ким.

Журналист Любовь Царева утверждает, что «самый важный элемент репортажного материала – деталь. Почему? Потому что детали – это звуки, запахи, краски.

С деталью связаны все элементы репортажа. Это так называемый «изюм» материала, его самая вкусная часть. Деталь помогает создать эмоциональный фон и ритм репортажа, позволяет автору незаметно выразить свою позицию.… Получается, детали и эпизоды – те самые пазлы, из которых складывается картина события. Так что, первостепенная задача автора репортажа – научиться видеть эти важные крупинки, в которых – соль происшествия».[11]

Очевидно, что использование этих приемов в принципе невозможно без непосредственного присутствия журналиста на месте события. Как справедливо отмечает Г.В. Лазутина, «репортажное описание – это описание «с натуры», оно включает в себя детали, подтверждающие, что журналист  сам видел и слышал то, о чем рассказывает».[12] Физическое присутствие автора на месте происходящего затем перетекает в его незримое присутствие  в тексте. «Наблюдение в журналистике, в отличие от наблюдения в обычной жизни, обладает целенаправленностью и управляется той предварительной концепцией (гипотезой), которая формируется у автора до начала наблюдения, - пишет А. А. Тертычный -, Наблюдение иногда называют еще «живым восприятием», подчеркивая тем самым то, что речь идет о чувственном, «живом» познании действительности, а не о рациональном ».[13]

Таким образом, мы можем утверждать, что репортаж дает читателю возможность  непосредственного восприятия события через авторское присутствие.

 

1.3. Авторское присутствие, его значимость для репортажного жанра

 

Теперь перейдем непосредственно к термину «авторское присутствие». Мне не удалось найти четкого научного определения этому часто встречающемуся в литературоведении и теории журналистики понятию. Говоря «грубо», это отношение автора к изображаемому им же самим, проявляющееся в авторском тексте при помощи различных приемов. 

В художественной литературе существует множество способов выражения авторского присутствия: введение в текст рассказчиков, героев-резонеров, эпиграфов,  различных авторских отступлений и т.п. Писатель  абсолютно волен в своем творческом выборе и ему никто не запретит высказывать свое мнение в любой форме, в которой он считает нужным, в то время как журналистская этика все же ставит определенные преграды прямоте и эмоциональности.

Но это не мешает авторскому «я» в полной мере проявляться в таком сухом событийном жанре, как репортаж. «Авторское «я» полностью исключено из речевой структуры репортажа. Оно - в подтексте: в отборе синтаксических конструкций, в некоторой прерывистости речи (обилие присоединительных конструкций), в редких и немногословных репликах-оценках».[14]

При этом стоит отметить, что зачастую нарочитая сухость и сдержанность авторского тона, напротив, только усиливает эмоциональное воздействие на читателя – к примеру, в случаях, когда спокойным «будничным» языком описывается что-то неприятное, шокирующее и т.п.

Как утверждает М.Н. Ким, «В репортаже, как в одном из самых субъективных жанров журналистики, можно выделить следующие особенности: документальное отображение действительности должно сочетаться с максимально полным выражением авторских чувств и эмоций по поводу наблюдаемого события. Эмоционально-оценочный способ представления информации в репортаже позволяет автору по-своему интерпретировать происходящее, выдвигать собственные оценки и суждения, изображать событие сквозь призму индивидуального восприятия и многое другое. Все это имеет сугубо прагматический смысл: включить читателя в переживание описываемого события и наглядно обосновать ценностные отношения, лежащие в его основе.

Благодаря категории авторского «я» репортер сигнализирует читателю о том, что он, как участник/очевидец события, всю ответственность за достоверность фактов берет на себя, что он отображает только то, что сам видит и слышит, чувствует и переживает».[15]

Более того, по мнению Кима «Репортажу, как воздух, необходима эмоциональность изложения, поскольку это не констатация свершившегося факта, не бесстрастное воспроизведение событий, а, прежде всего, выражение личностного отношения к событию, проявление личных симпатий и антипатий, выдвижение собственных оценок. Только в этом случае становится возможным создание эффекта присутствия при описании какого-либо события или происшествия». [16]

Таким образом, мы видим, что ощущение читателем авторского присутствия во время чтения является не только желательным, но и необходимым результатом для хорошего, качественного репортажа и преследует следующие цели:

а) Дать читателю возможность понять позицию автора по отношению к изображаемому;

б) Побудить читателя сделать собственные выводы относительно описываемого события и затем сопоставить собственную позицию с авторской: согласиться с мнением автора либо, наоборот, вступить с ним в мысленную полемику;

 в) Вызвать у читателя эмоциональный отклик на описываемые события;

г) Позволить читателю ощутить себя на месте репортера и испытать примерно те же чувства, ощущения, переживания, которые последний испытывал во время наблюдения за  освещаемым событием.

 

1.4. Формы авторского присутствия в репортаже, примеры их использования в российских печатных СМИ

 

Можно условно выделить следующие формы авторского присутствия в репортаже:

1)   Косвенное присутствие (автор-ретранслятор происходящего, сторонний наблюдатель, очевидец);

Наиболее распространенная форма, которая лучше всего подходит для освещения событий с повышенной динамикой – уличные волнения, акции протеста, боевые действия, спортивные мероприятия и т.п. Репортажи, сделанные в такой манере, отличает сжатость и сухость изложения, короткие «рубленые» предложения с прямым порядком слов, минимум эмоций и, соответственно, минимальный уровень проявления авторского «я». Журналист просто «фотографирует» с разных ракурсов происходящее перед его глазами и затем из этих разрозненных кадров у читателя складывается цельная картина описываемого события. Один из самых ярких примеров – репортаж журналистов «Новой газеты» Александра Литого и Ростислава Богушевского  о вышедшей из-под контроля акции протеста футбольных фанатов на Манежной площади 11 декабря 2010 года. Статья полностью соответствует всем вышеозначенным критериям, для подчеркивания динамики происходящее в тексте расписано по минутам:

«16:34

Фанаты ожидают исхода переговоров с ОМОНом. В случае если отпустят задержанных - фанаты готовы  разойтись. Пока же слышны националистические лозунги. Переговоры затягиваются…

16:42

Фанаты кричат про депортацию, скандируют "Кто убил Юру Волкова?". Заметно потеснили ОМОН в сторону Манежа».[17]

2)   Прямое присутствие (автор является непосредственным участником описываемого события, действия);

Тот случай, когда репортер для наиболее полного и красочного отражения какого-либо события/явления/действия на некоторое время становится его рядовым участником. Таким образом, уровень проявления авторского «я» здесь автоматически повышается по сравнению с предыдущим пунктом нашей классификации.  Очень яркий пример работы журналиста-печатника в этом ключе – выходившая в 2010 году в «Комсомольской правде» серия (из 27 (!) частей) репортажей «Как я была колхозницей» спецкора Ярославы Таньковой, которая в течение длительного времени работала простой дояркой и скотницей и параллельно писала для читателей «Комсомолки» репортажные зарисовки из сельской жизни в современной России. Для наглядности приведем небольшой отрывок из одной части этого цикла: «Вечером к терпкому запаху навоза примешивается тягучий аромат молока - доярки, заканчивая работу, моют и вешают сушиться похожие на акваланги доильные аппараты. Рядом в огромной алюминевой ванне плещется свежее, еще не успевшее остыть молоко. У брезгливого человека такая близость молока с навозом и мухами вызвала бы тошноту. Но работникам фермы это чувство неведомо. Оно стирается в деревне. Мой же организм мимикрирует под окружающую реальность. Так что я, лопаясь от восторга, наблюдаю, как сослуживица окунает в молочную ванну мою железную кружку…».[18]

3)   Фиксация деталей-символов (автор-выразитель каких-л. определенных взглядов на окружающую действительность).

Отдельный, особый способ выражения авторского «я». Если мы внимательно прочитаем несколько случайно взятых газетных репортажей, то без труда отыщем примеры использования данного приема, заключающегося в нарочном заострении читательского внимания на каких-либо предметах окружающей действительности, вызывающих определенный ассоциативный ряд и содержащих скрытый намек на отношение автора к происходящему.

«Дамаск встречает опустевшими улицами – ветер метет по тротуарам обрывки газет»[19] - пишет корреспондент «Аргументов и фактов» Георгий Зотов, описывая обстановку в столице Сирии после революционного переворота. Газетные обрывки, которые несет ветер по пустым улицам – очень красочная деталь, символизирующая разруху, запустение и неопределенность после каких-либо происшествий, потрясений.

Другой пример – из уже упоминавшегося выше репортажа «Новой газеты» с Манежной площади: «При попытке людей прорваться наружу, произошло первое столкновение. ОМОН пустил в ход дубинки. Собравшиеся стали забрасывать милиционеров елочными игрушками с новогодней елки».[20] Атрибуты любимого праздника россиян стали оружием в массовой драке со стражами действующего государственного режима, что символично само по себе.

 

1.5. Уместность и неуместность проявления авторского присутствия на примерах из российских печатных СМИ

 

И в заключение нашей теоретической части попробуем разобраться, в каких случаях выражение автором своего мнения оправданно и необходимо, а в каких от этого уместнее воздержаться.

Как мы уже отмечали выше, одна из главных особенностей репортажа, которая обеспечивает ему стабильный успех у читательской аудитории, это динамика изложения, напряженность действия. Выражение авторского присутствия – это чаще всего нарушение, ослабление динамики, своего рода лирическое отступление, погружение читателя во внутренний мир автора с его чисто субъективными размышлениями, оценками, переживаниями, чувствами. И это нарушение темпо-ритма повествования можно считать в полной мере уместным и оправданным лишь в том случае, если проявление авторского отношения в конкретной ситуации оказалось удачным и произвело на читателя соответствующий эффект.

Снова обратимся за примерами в отечественные печатные СМИ. Специальный корреспондент газеты «Аргументы и факты» Георгий Зотов рассказывает о ситуации в Ираке после свержения режима Саддама Хусейна и вступления на территорию страны американских войск: «Каждая нация делится на суннитов и шиитов, те тоже терпеть друг друга не могут. Поджоги, убийства, теракты - ежедневная рутина. Волосы дыбом встают, когда думаешь, какое осиное гнездо разворошили американцы. В любом городе Ирака проходит линия фронта».[21] На мой взгляд, в предпоследнем предложении приведенного абзаца уровень авторского присутствия выше, чем следовало бы в рамках данного материала. Во-первых, предложение резко выделяется стилистически и интонационно, явно выбиваясь из того стиля изложения, который автор избрал для всего текста. Во-вторых, в нем присутствуют сразу два часто употребляемых в повседневной речи фразеологизма с ярко выраженной экспрессивной окраской – «волосы дыбом встают» и «осиное гнездо». В силу своей чрезмерной эмоциональности, предложение неорганично смотрится на фоне соседних и таким образом нарушает цельность текстовой структуры. Также у меня, как у читателя, некоторое отторжение вызвала и близкая к восклицательной интонация, на фоне сухих и сдержанных  репортажных фраз создающая впечатление пафосности и неискренности. Более того, предложение несет минимум смысловой нагрузки и, на мой взгляд, является для данного текста лишним, т.к. его основную мысль читатель мог бы уловить в подтексте, и тогда эффект был бы сильнее. Особенно если учесть, что представленные в тексте события сами по себе являются острыми и драматичными и не нуждаются в дополнительной эмоциональной окраске со стороны автора для того, чтобы оказать должное воздействие на читательскую аудиторию. Репортеру в данном случае достаточно просто передать, ретранслировать увиденное как данность, как факт, чтобы читатель не остался равнодушным к проблеме.

Попробуем убрать данное предложение и посмотрим, что получится в итоге: «Каждая нация делится на суннитов и шиитов, те тоже терпеть друг друга не могут. […] Поджоги, убийства, теракты - ежедневная рутина. В любом городе Ирака проходит линия фронта». На мой взгляд, теперь данный фрагмент текста стал более сдержанным, «ровным» и стилистически выдержанным.

Теперь поищем в этой же публикации примеры удачного использования категории авторского «я». Я считаю, что будет уместным привести следующий фрагмент: «Шоссе идёт вдоль нефтяных полей Киркука: тут сосредоточена половина запасов всей иракской нефти. Вдали горят факелы. У обочины остов «Тойоты» - вчера наскочила на мину. Воздух напоён нефтью. У неё даже запах маслянистый, густой. Деньги не пахнут? Нет… это неправда».[22] В данном отрывке, как мне кажется, мы можем видеть два случая удачного проявления авторского индивидуального восприятия. Во-первых, это описание взорванной машины на обочине дороги – данная деталь как нельзя лучше включает читателя в атмосферу военной обстановки и ежесекундной опасности для жизни, при этом практически не нарушая динамики повествования. Во-вторых, очень удачно, на мой взгляд, авторское присутствие обозначается благодаря использованию иронии: «Воздух напоён нефтью» - «Деньги не пахнут? Нет… это неправда». Автор иронизирует также и при описании отношения местного населения к американским солдатам: «Нельзя сказать, что армию США не любят. Её здесь ненавидят».[23] Нейтральная лексика ироничных предложений дает журналисту возможность опосредованно, и при этом ясно выразить свою позицию, избегая прямого выказывания симпатий или антипатий по отношению к чему-либо и сохраняя таким образом структурную и стилевую целостность материала.

 Теперь, когда мы выяснили, что представляет из себя авторское присутствие в репортаже и какова его роль, а также вычленили различные способы его выражения в данном жанре и поговорили об уместности проявления авторского «я» в тех или иных ситуациях, завершим  наш теоретический блок и перейдем к аналитическому, чтобы на основе выводов теоретической части произвести разбор и анализ собственных публикаций в газете «Rелеванс» в рамках нашей темы.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Глава II. Анализ собственных публикаций в жанре «репортаж» в газете «Rелеванс»

2.1. «Два часа протеста». Анализ публикации № 1

 

Первая работа, которая будет рассмотрена нами в рамках аналитического блока, представляет собой репортаж с места проведения митинга против нелегитимных выборов в Государственную Думу, который прошел в центральном парке города Челябинска в декабре текущего года.

Исходя из взятой нами за основу в первой части работы типологии жанра по М.Н. Киму, данный репортаж мы отнесем к событийному, т.к. он является откликом на происходившие в тот период  в политической жизни страны события и посвящен одной из самых актуальных на момент его написания тем – прошедшие выборы и народные волнения в связи с их не устраивавшим многих россиян результатом. Автор лично присутствовал на митинге в течение всего времени его проведения, и получившийся в итоге текст на сто процентов представляет собой результат непосредственных авторских наблюдений.

Точно указано место действия. Мероприятие «транслируется» начиная с момента его начала и до момента его окончания. Ход мероприятия освещается в хронологической последовательности.

Само по себе освещаемое событие не является динамичным, т.к. представляет собой череду ораторских выступлений со сцены и различные реакции на эти выступления со стороны митингующих. Но динамика повествования поддерживается засчет того, что репортером фиксируются только наиболее яркие и значимые с его точки зрения моменты и детали.

При этом нельзя сказать, что этот репортаж полностью соответствует всем канонам событийного. В частности, в тексте преобладают глаголы в прошедшем времени вместо традиционных для данного вида репортажа глаголов в настоящем времени.

Теперь перейдем непосредственно к теме нашего исследования и выясним, какие из обозначенных нами в теоретическом блоке форм авторского присутствия использованы автором в данной статье.

Стоит отметить, что в черновой версии работы преобладало прямое присутствие, т.к. автор посещал мероприятие в первую очередь как рядовой участник, а уже во вторую – как журналист-репортер. Но в процессе работы над материалом было решено сделать его в менее субъективном ключе. В частности, из текста были исключены такие фрагменты, как следующий: «И уже через пару секунд если не вся, то, по крайней мере, добрая половина собравшихся скандировала: «Россия без Путина! Россия без Путина!» Немного поколебавшись, я все же поддержал этот лозунг. Может, он и глупо звучит, но мне тоже больше не хочется видеть бразды правления страной в руках человека, который «обрабатывает поляну» уже больше десяти лет и вдобавок к этому создал политический тандем (думаю, нет смысла уточнять, с кем) с негласной установкой: «Давай ты будешь президентом, а я премьером, а потом махнёмся!» В данном фрагменте авторская позиция выражена слишком прямолинейно и безыскусно, что является абсолютно неприемлемым с точки зрения выбранного жанра, одной из отличительных черт которого является опосредованность в выражении автором своего отношения к чему-либо.

Отчасти по аналогичной причине, отчасти по этическим соображениям было решено отказаться также и от описания того, как репортер отлучался с митинга, чтобы согреться с помощью алкогольного напитка: «Меня тоже начинает одолевать соблазн хватить чего-нибудь горячительного, и вот я ненадолго покидаю территорию парка в поисках «заправки».

Как оказалось, найти в самом центре города ларек с пойлом не всегда так быстро и просто, как на моем родном ЧТЗ, где на них натыкаешься через каждые два шага, поэтому обернулся я только за 15 минут. Когда я снова вошел под арку ПКиО им. Гагарина с двумя банками восьмипроцентного коктейля под курткой – исключительно «для сугреву» - ­­­­­­мне навстречу уже двигались кучки людей по направлению к выходу». Вышеприведенный отрывок также можно считать примером чрезмерной концентрации в репортажном тексте авторского присутствия, от которого в данном случае было бы уместнее воздержаться.

Тем не менее, в окончательной версии репортажа, вышедшей в газете «Rелеванс», мы можем видеть немало моментов выражения прямого авторского присутствия, которые посчитали удачными или приемлемыми и оставили в тексте публикации. Например: «Почувствовал, как онемели пальцы ног в войлочных ботинках. Температура воздуха где-то минус 15, а впереди еще час стояния на снегу на одном месте – в такой толпе не особо-то разбегаешься туда-сюда. Уходить домой пока еще нет желания». Повествование ведется от первого лица, описывается не происходящее на глазах у репортера, а его сиюминутные мысли и ощущения, следовательно, мы имеем дело с прямым присутствием. В данном эпизоде вышеназванная форма служит инструментом создания эффекта присутствия у читателя. Деталь с замерзшими пальцами помогает ему мысленно перенестись на площадку описываемого события, ощутить себя на месте репортера: позади час стояния на холодном снегу в минус 15, вокруг – множество людей с транспарантами, выкрикивающих разные лозунги, и т.д.

Наряду с прямым, в анализируемой нами публикации присутствует также косвенное авторское присутствие. Оно проявляется, например, в следующем фрагменте: «

Теперь нам осталось найти в разбираемом тексте пример употребления последнего пункта нашей классификации – т.н. «детали-символа». Обратимся для этой цели к следующему куску повествования: «Как мне показалось, всем очень понравился бравый восьмидесяти трехлетний дедок, выглядящий, максимум, на 60 с хвостиком.  Его история была о том, как он ездил искать правды в Москву с вилами в руках и пригрозил тамошним «чинушам», что «всё им там разнесет», если они не рассмотрят его проблему с жильем». Эти вилы в руках обиженного пенсионера в контексте нынешней общественно-политической ситуации в стране вполне можно рассматривать как условный символ народного бунта против произвола верховной власти. Данная деталь формирует в воображении читателя ряд вполне определенных ассоциаций, следовательно – мы имеем право отнести ее в разряд «деталей-символов» в соответствии с положениями нашей теоретической части.

Итак, нами в данном тексте были найдены и доказаны примеры использования всех форм авторского присутствия, а также примеры  его неуместного проявления. На этом будет целесообразным завершить анализ репортажа «Два часа протеста» и перейти к разбору следующей публикации.

 

2.2. «Кому проще без рощи?». Анализ публикации № 2

 

Следующий рассматриваемый нами репортаж по своему содержанию перекликается с предыдущим, т.к. информационным поводом для него также послужила акция протеста – в данном случае, против вырубки березовой рощи близ жилого массива и постройки на ее месте новых зданий. Но между этими двумя текстами имеется и ряд существенных различий. Если статья, проанализированная нами в предыдущем параграфе, представляет собой традиционный репортаж с одной площадки, то наш следующий предмет анализа мы можем поделить на две части: первая представляет собой собственно трансляцию событий с места проведения пикета, а во второй репортер отправляется на место вырубки рощи, чтобы и поговорить с местными жителями, не принявшими участия в митинге. Таким образом, материал отчасти приобретает черты журналистского расследования.

Что касается стилистики, то первая половина публикации отвечает основным стандартам событийного репортажа: преобладают глаголы в настоящем времени и небольшие предложения с прямым порядком слов; наблюдается жесткая привязка к информационному поводу. Во второй половине настоящее время повествования сменяется прошедшим, в авторский текст вводится элемент мини-интервью, но в целом метод подачи материала остается репортажным.

Определившись с жанровой спецификой публикации, переходим к поиску в ней выделенных нами способов проявления авторского «я».

Яркий пример использования косвенного присутствия – описание строительной площадки на месте вырубленного березняка: «У противоположной ко мне стены работают экскаватор и два бульдозера. Снуют люди в оранжевых спецовках. Слева – вагончик, в котором, очевидно, греются рабочие. Основная часть площади все еще занята невыкорчеванными пнями, чернеющими на снегу. Даже на глаз нетрудно определить, что деревьев спилено не меньше нескольких сотен». Мы имеем дело именно с косвенным присутствием, т.к. здесь мы не видим даже намека на проявление авторской индивидуальности: только сухая констатация фактов, полностью нейтральная лексика. В данном случае задача репортера была сродни задаче фотографа: дать читателю возможность на визуальном уровне представить место действия, предоставив ему самому делать какие-либо выводы/заключения. Поэтому какая-либо эмоциональная окраска в языке данного фрагмента была бы абсолютно излишней. Следовательно, в приведенной нами части текста репортер работал в правильном ключе.

Прямое авторское присутствие мы можем наблюдать в следующем предложении: «Поначалу вообще складывается впечатление, что люди рассказывают – а вернее, кричат – о своем несчастье сами себе». Доказать то, что присутствие в этом фрагменте именно прямое, не составляет труда: уже наличие слова «впечатление» говорит о проявлении авторской субъективности. Если рассматривать данное предложение в отрыве от остального текста, то оно кажется чрезмерно пафосным и эмоционально окрашенным, благодаря таким словам как «кричат» и «несчастье». Но если мы взглянем на общий контекст происходящего, то станет понятно, что, несмотря на свою внешнюю форму, оно является не более чем констатацией факта. Чтобы убедиться в этом, приведем эпизод, описывающий обстоятельства, в которых проходила акция протеста: «На аллее и правда почти безлюдно. Пустые скамейки припорошены снегом, тишину нарушает только гул моторов с проезжей части. Лишь редкие случайные прохожие, спешащие куда-то по своим делам, бегло оглядываются через плечо на кучку странных граждан с полными кудрявой зелени плакатами, похожими на школьные стенгазеты». Отсюда мы видим, что площадка, выделенная для митинга, была абсолютно непригодной для подобных мероприятий, которые могут быть эффективны лишь при условии большой концентрации людей в местах их проведения. Поэтому у репортера, как у стороннего наблюдателя, и возникло впечатление того, что люди проводили акцию протеста сами для себя, и он не смог найти лучшего способа, чтобы отразить данный нюанс. Что касается фразы «кричат о своем несчастье», первоначально вызвавшей некоторое смущение: глагол «кричать» в данном случае абсолютно нейтрален, т.к. лозунги на акциях протеста всегда скандируются повышенным тоном, а не вполголоса; слово «несчастье» тоже нельзя считать излишне экспрессивным, т.к. любое событие, заставившее людей выйти отстаивать свои права с транспарантами в руках, на мой взгляд, можно отнести к этой категории. Следовательно, проявление категории авторского «я» в данной ситуации совершенно уместно и оправданно.

Примеров неуместного использования авторского «я» в данном материале нами обнаружено не было, все случаи выражения автором своей позиции в рассмотренной нами публикации, с нашей точки зрения, уместны и удачны. На этом мы завершаем анализ репортажа «Кому проще без рощи?» и переходим к нашему следующему материалу.

 

2.3. «Никакой политики! Только модернизация». Анализ публикации № 3

Наш следующий предмет разбора посвящен открытой лекции, которая была прочитана осенью прошлого года для студентов Челябинского Государственного университета. Основными темами были проблемы модернизации и внедрения нанотехнологий в современной России. В качестве лектора выступил директор корпорации «РОСНАНО» и политический деятель Л.Я. Гозман.

На мой взгляд, данный материал представляет собой синтез событийного репортажа и репортажа-комментария, т.к. подробное, последовательное освещение события сочетается с комментированием поведения, реплик, утверждений героев репортажа. Докажем наш тезис примерами из текста:

Пример № 1. Сначала идет стандартное репортажное описание того, что происходит на глазах репортера: «…какая-то компания без конца перешептывается и давится смехом, под конец пары кто-то из них скучающим голосом  произносит: «Блин, на х… мы сюда приперлись?». И далее идет комментарий на описанные перед этим действия: «Забавно, так и подмывало задать им самим этот же вопрос». По своему содержанию комментарий очень емкий и едкий, с претензией на использование приема сатиры.

Пример № 2. Следующий пример содержит более расширенный комментарий. Сначала репортер приводит услышанное им утверждение: «Главный тезис лекции, который обозначил сам Л.Я. Гозман – модернизация в России возможна». Далее идет авторский комментарий к вышеприведенному тезису: «Я тоже думаю, что возможна. Вернее, надеюсь. Но начинать, на мой скромный субъективный взгляд, нужно все-таки не с навороченных научных технологий. Для начала не мешало бы хотя бы приблизить условия существования среднего россиянина к уровню жизни в странах, успевших модернизироваться до нас. Ведь будет, по меньшей мере, странно и парадоксально, если люди, которые возьмут в свои руки инструменты нового, модернизированного производства, будут продолжать жить в квартирах с обваливающимися и протекающими потолками, топить дровами дедовские печки и справлять нужду в деревянных будках с дыркой в полу, как многие сейчас...» - и далее в таком же духе.

В связи с жанровой спецификой, в тексте публикации часто встречается прямое авторское присутствие, выраженное достаточно ясно и откровенно. В качестве примера: «…в аудиторию входит, видимо, один из организаторов лекции и, вытирая носовым платком испарину со лба, просит минуту внимания. Он заметно взволнован.

- Сейчас перед вами выступит с лекцией директор РОСНАНО Гозман Леонид Яковлевич. В конце пары будет специально отведено время для ваших вопросов, поэтому сразу попрошу: НИКАКОЙ политики! ТОЛЬКО модернизация! И пока Леонид Яковлевич отвечает, будьте добры постоять!

Перед выступлением, в котором, очевидно, будет говориться о строительстве новой России и отказе от всего устаревшего и косного – не только в технической сфере - такого рода «просьбы», конечно, не особо вдохновляют. Все-таки, когда в стране, где формально утверждена и возведена в культ свобода слова, тебе прямым текстом указывают, о чем  ты имеешь право спрашивать у более высокопоставленного гражданина, а о чем нет, становится немножко противно. И назревает вопрос: а если спрошу, о чем нельзя, что тогда?  Закуют в наручники и прямиком из аудитории увезут в тюрьму? или в армию?».

Думаю то, что в данном отрывке представлено именно прямое присутствие, не нуждается в развернутом доказательстве: присутствуют и слова с ярко выраженной оценочной окраской («противно»), и агрессивные по своей интонации риторические вопросы в конце фрагмента. Что касается вопроса уместности такого прямолинейного высказывания журналистом своей точки зрения, то в данном тексте, на мой взгляд, это уместно, т.к. полностью соответствует стилю всей работы и не нарушает ее структурной и лексической целостности. Скорее всего, если бы автор выбрал менее агрессивную форму выражения своих взглядов, смысловая и художественная ценность публикации не пострадали бы, но, как нам кажется, в таком варианте текст способен оказать большее воздействие на современного российского читателя, уставшего от, возможно, излишней мягкости и корректности журналистских материалов.

В рассмотренном нами выше фрагменте мы можем видеть также яркую деталь-символ: «…один из организаторов лекции, вытирая носовым платком испарину со лба, просит минуту внимания. Он заметно взволнован». Этот платок и выступивший на лбу организатора пот в сочетании с его взволнованностью и просьбой, больше похожей на приказ или угрозу, как нельзя лучше символизируют такое качество, как стремление любой ценой угодить начальству, и таким образом выставляют героя статьи в неприглядном свете перед читателем.

Также в этой связи заслуживает упоминания и следующий эпизод: «Сам Леонид Яковлевич тоже не так давно обзавелся новой машиной, о которой охотно всем нам поведал. Родом она из Японии, и приобрел ее нынешний счастливый владелец только тогда, когда точно убедился, что сборка  ее производилась именно в Стране Восходящего Солнца, а не в Голландии. Так совпало, что во время этого рассказа меня вдруг кольнуло залезть в свой карман и пересчитать лежащие там финансовые ресурсы, чтобы убедиться, что мне точно хватит на обратный проезд. Ровно 15 рублей. Хватает. Я доволен и слушаю дальше». Здесь автор использует прием контраста, заостряя внимание на колоссальной разнице между благосостоянием российского чиновника и среднестатистического гражданина страны с помощью упоминания о 15 рублях в своем кармане после описания авто стоимостью в целое состояние. Следовательно, эти 15 рублей мы в данном случае тоже можем причислить к деталям-символам.

Теперь, для того, чтобы перейти к разбору следующей публикации, нам осталось найти в данном тексте пример использования автором косвенной формы присутствия. Мы можем найти его, в частности, в этом фрагменте: «…мне запомнился вопрос одной девушки, в котором речь шла об экономической политике Рейгана. По аудитории сразу же пронесся шепоток: «Ее, наверно, убьют. Про политику же запретили спрашивать». Подобные моменты, абсурдность и юмористический характер которых очевидны для любого читателя, как правило, производят на него гораздо больший эффект, будучи переданными с помощью нейтральной лексики, нежели с какими-либо авторскими вставками и комментариями. Следовательно, журналист в данном случае поступил грамотно, воздержавшись от каких-либо эмоций, оценок.

Итак, поиск по каждому из пунктов нашей классификации в данной статье успешно завершен, каждый из отобранных нами фрагментов проанализирован в рамках нашей темы и мы переходим к последнему из предметов нашего исследования.

 

2.4. «Русский как рулетка». Анализ публикации № 4

 

Последняя из рассматриваемых нами работ посвящена намного более будничной теме, чем предыдущие, и рассказывает о том, как ее автор пересдавал зачет по русскому языку.

Репортажем этот текст можно назвать условно, т.к. описание журналистом своих мыслей, эмоций, переживаний отодвигает на второй план освещение самого хода события, послужившего информационным поводом для написания статьи – в данном случае этим событием является перезачет по учебной дисциплине. Высокий уровень субъективизма ставит данную публикацию на грань с художественно-публицистическими жанрами. Тем не менее, мы видим здесь четко обозначенное событие, ход которого автор отслеживает на протяжении всей статьи – пусть и с крайне субъективных позиций. Преобладание глаголов настоящего времени и предложений с прямым порядком слов, не перегруженных вставными конструкциями, помогает поддерживать динамику изложения. Следовательно, мы можем проанализировать данный материал в рамках темы нашего исследования как содержащий элементы событийного репортажа.

Как мы можем заключить из вышесказанного, доминирующая форма авторского присутствия в данном материале – прямое присутствие: подавляющую часть текста повествование ведется от первого лица. В этом отношении показателен фрагмент, в котором автор подробно описывает процесс подготовки ответа на свой билет: «читаю содержимое билета: «Фонологический принцип современного русского языка. Его связь с историческими изменениями в русском языке». Какие страшные, заумные слова. Они проносятся  мимо моего вспухшего мозга, не оставляя в нем никакой информации: волнение плюс отупение после «активного» летнего отдыха дают о себе знать. Собираюсь, еще раз внимательно перечитываю и обнаруживаю, что на самом деле этот билет мне хорошо знаком. Это как-то сразу расслабляет и дает хороший заряд уверенности. Особенно, когда таких билетов тридцать штук и все похожи один на другой. Не спеша воспроизвожу в голове ученный-переученный ответ и слово за словом переношу на бумагу». Такой стиль изложения как нельзя лучше помогает читателю ощутить себя на месте автора, почувствовать то же, что чувствовал он, будучи участником описываемого события.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Список литературы

 

Научная литература

1. Ахмадулин, Е. В. Основы теории журналистики [Текст] / Е. В. Ахмадулин. – Ростов н/Д. : Феникс, 2009. – 350 с.

2. Басков, В. Я. Аналитический репортаж [Текст] / В. Я. Басков. – М. : Аспект Пресс, 2006. – 238 с.

3. Засорина, Т. Профессия – журналист [Текст] / Т. Засорина,   Н. Федосова. – Ростов н/Д. : Феникс, 1999. – 318 с.

4. Ильин, Е. П. Эмоции и чувства [Текст] / Е. П. Ильин. – СПб. : Питер, 2001. – 752 с.

5. Ким, М. Н. Жанры современной журналистики [Текст] / М. Н. Ким. – СПб. : Изд-во Михайлова В. А., 2004. – 336 с.

6. Ким, М. Н. Репортаж [Текст]: технология жанра  / М. Н. Ким. – СПб. : Изд-во Михайлова В. А., 2005. – 224 с.

7. Ким, М. Н. Технология создания журналистского произведения [Текст] / М. Н. Ким. – СПб. : Изд-во Михайлова В. А., 2001.320 с.

8. Корконосенко, С. Г. Основы журналистики [Текст]/   С. Г. Корконосенко. – М. : Аспект Пресс, 2004. – 287 с.

9. Корконосенко, С. Г. Основы творческой деятельности журналиста [Текст] / С. Г. Корконосенко. – СПб. : Знание, 2000. – 268 с.

10. Лазутина, Г. В. Основы творческой деятельности журналиста [Текст] / Г. В. Лазутина. – М. : Аспект Пресс, 2001. – 240 с.

11. Олешко, В. Ф. Журналистика как творчество. [Текст] / В. Ф. Олешко. – М. : РИП-холдинг, 2003. – 169 с.

12.  Пельт, В. Д. Дифференциация жанров газетной публицистики [Текст] : учеб. пособие для вузов / В.Д. Пельт. – М. : Изд-во МГУ, 1984. – 48 с.

13. Пронина, Е. Е. Психология журналистского творчества [Текст]: учебное пособие / Е. Е. Пронина. – М. : Изд-во МГУ, 2006. – 320 с.

14.  Прохоров, Е. П. Введение в теорию журналистки [Текст] /  Е. П. Прохоров. – М. : РИП-холдинг, 2000. – 308 с.

15.  Розенталь, Д. Э. Стилистика газетных жанров [Текст] /      

Д. Э. Розенталь. – М. : Изд-во МГУ, 1981. – 229 с.

16. Смелкова, З. С. Риторические основы журналистики [Текст]: работа над жанрами газеты /З. С. Смелкова. – М. : Аспект Пресс, 2004. – 242 с.

17.  Тертычный, А. А. Есть наблюдение – есть живой текст [Текст] /

А. А. Тертычный // Журналист. - 2006. - №2. – С. 81.

18.  Тертычный, А. А. Жанры периодической печати [Текст] / А. А. Тертычный. – М. : Аспект Пресс, 2000. – 312 с.

19.  Царева, Л. Живая мозаика репортажа [Текст] / Л. Царева // Журналист. - 2005. - №8. – С. 87.

20. Царева, Л. Под музыку репортажа [Текст] / Л. Царева // Журналист. -2005. - №9. – С. 80.

 



[1] Тертычный, А. А. Жанры периодической печати. М. : Аспект Пресс, 2000. – С. 87.

[2] Ахмадулин, Е. В. Основы теории журналистики. – Ростов-на-Дону, Феникс, 2009. –

С. 211.

[3] Ким, М. Н. Жанры современной журналистики. – СПб. : Изд-во Михайлова В. А., 2004. – С. 17.

[4] Ким, М. Н. Репортаж: технология жанра. – СПб. : Изд-во Михайлова В. А., 2005. – С.190-191.

[5] Там же. С. 196.

[6] Там же. С. 198.

[7] Ким, М. Н. Репортаж: технология жанра. – СПб. : Изд-во Михайлова В. А., 2005. – С. 201.

[8] Ким, М. Н. Жанры современной журналистики. – СПб. : Изд-во Михайлова В. А., 2004. – С. 266.

[9] Ким, М. Н. Репортаж: технология жанра. – СПб. : Изд-во Михайлова В. А., 2005. – С. 210.

[10] Ким, М. Н. Репортаж: технология жанра. – СПб. : Изд-во Михайлова В. А., 2005. – С. 192.

[11] Царева, Л. Живая мозаика репортажа – Журналист, 2005, №8. – С. 86-87.

[12] Лазутина, Г. В. Основы творческой деятельности журналиста. - М. : Аспект Пресс, 2001. – С. 181.

[13] Тертычный, А. А. Есть наблюдение – есть живой текст. – Журналист, 2006, № 2. – С. 81.

[14] Культура письменной речи. Особенности публицистических жанров: репортаж. URL: http://www.gramma.ru/RUS/?id=8.12 (дата обращения: 09.04.2012).

[15] Ким, М. Н. Репортаж: технология жанра. – СПб. : Изд-во Михайлова В. А., 2005. – С. 208-209.

[16] Ким, М. Н. Репортаж: технология жанра. – СПб. : Изд-во Михайлова В. А., 2005. – С. 209.

[17] Литой, А. Богушевский, Р. На Манежной площади в Москве футбольные фанаты схлестнулись с ОМОНом. Есть жертвы. ОНЛАЙН РЕПОРТАЖ. – URL: #"Cambria Math"/>